Знайте, я использую все свои силы, все свое влияние, чтобы вы предстали перед судом, – глаза Рязанцева, не моргая, смотрели в камеру, – всякому беспределу, всякому злу рано или поздно приходит конец. Не может такая огромная и прекрасная страна, как наша, существовать по законам бандитского беспредела. Я верю, что время, когда убийства оставались нераскрытыми, а убийцы спокойно жили среди нас, кончится очень скоро. Вы, которые сделали это, знайте: вам придется заплатить, и весьма дорого заплатить за жизнь Виктории Кравцовой.
– Евгений Николаевич, у нас уже очень много звонков, – мягко перебил его ведущий. – Давайте послушаем наших телезрителей.
Сначала какая-то дама представилась пенсионеркой, пылко призналась Рязанцеву в любви и со слезами в голосе выразила свое сочувствие. Потом суровый тенор с сильным кавказским акцентом поинтересовался, в чем лидер фракции «Свободный выбор» видит пути спасения русского народа.
Рязанцев отвечал красиво, но туманно, настолько туманно, что Арсеньев ничего не понял.
А возможно, прослушал, поскольку в коридоре, прямо у его двери, раздался приглушенный мягкий смех его бывшей жены, потом невнятный, с придыханием мужской шепот, и дальше тишина, от которой у майора заложило уши, как при тяжелой посадке самолета. Вероятно, они вдвоем отправились в ванную. Саня сердито потряс головой, закурил очередную сигарету.
– Скажите, пожалуйста, – прозвучал мягкий, вкрадчивый голос в телевизоре, за кадром, – если вы придете к власти, каким образом вы собираетесь бороться с преступностью?
– Ну, прежде всего необходимо уничтожить условия, которые способствуют росту преступности.
Нужно изменить моральный климат нашего общества, восстановить изуродованную систему ценностей, разработать настоящую, а не опереточную законодательную базу, необходимо платить нормальные деньги сотрудникам правоохранительных органов, – с легким вздохом ответил Рязанцев и расслабленно откинулся на спинку стула.
– Евгений Николаевич, – голос за кадром был странный, какой-то бесполый, слишком высокий для мужчины, слишком низкий для женщины, – можно еще один вопрос, личного характера?
– Да, конечно.
– Как вы прокомментируете тот факт, что рядом с трупом вашего пресс-секретаря Виктории Кравцовой в ее квартире, в ее постели, был обнаружен труп гражданина США Томаса Бриттена… – последовал треск.
Анонима отключили. Лицо Рязанцева моментально исчезло из кадра.
