Чужая жизнь

Вернулся он, держа в руках коробку, сел на диван, открыл и, не спрашивая, достал новое украшение. Золотой широкий ободок. Я даже не сразу поняла, что это, а Тамино уже застегнул его у меня на шее. Я удивлённо потрогала рукой тяжёлый металл. Алиас же достал похожий браслет, широкий, блестящий и надел мне на запястье. Я всполошилась, но продолжала молчать, не понимая, что происходит. Вроде хотели заняться более интимным, а тут браслеты. Зачем два?

Алиас подмигнул и легко пальцем провёл по браслету. Оба браслета завибрировали, и неожиданно невидимая сила притянула мои запястья друг к другу.

— Алиас? — испуганно позвала его.

Он приложил палец к своим губам, ухмыляясь, поднёс руку с комфоном к лицу и произнёс:

— Селан, фруктовый коктейль на завтрак для шии принеси ко мне в кабинет и пригляди за детьми.

— Слушаюсь, ши, — услышала я голос мажордома.

— Алиас? — я вообще не понимала, что он хочет сделать.

— Не бойся. Это не больно. Только удовольствие, — заверил меня манаукец, придвигаясь ближе, потом завёл мои сцепленные руки за голову, лаская пальцем обруч на шее.

Вибрация началась и в нём. Алиас отпустил мои руки, но я не смогла поднять их. Я задёргалась, начиная паниковать.

— Отпусти, — потребовала, но Тамино склонился надо мной и поцеловал, успокаивая.

— Всё хорошо. Не больно же?

— Нет, но отпусти, — попросила, понимая, что он опять начал играть в свои странные игры.

— Кэйт, тебе очень идут золото и покорность, — шептал Алиас, с жадностью осматривая меня.

Он провёл костяшками пальцев по щеке, и я стала успокаиваться.

Ведь знала же, что он ненормальный, и удовольствие у него не такое, как у обычных землян. В дверь постучались, я испуганно бросила взгляд на неё. А Тамино легко встал с дивана и пошёл к ней. Он ведь не собрался её открыть? Меня же увидят!

— Алиас?! — возмущённо вскрикнула, а он лишь подмигнул и открыл дверь так, чтобы меня не было видно, забрал поднос и закрыл дверь на замок.

Я перевела дыхание, рассматривая то, что для меня принёс Селан. В прозрачной розовой тарелке треугольной формы были фрукты, много и разных.

Ещё одна с дольками арбуза и, кажется, дыни. Я очень любила арбузы за их сладость и сочность. Алиас поставил поднос на диван возле моей головы, а сам стал раздеваться, нетерпеливо, не глядя, кидая одежду на пол. Всё его внимание было приковано ко мне. Я же жутко смущалась и ждала. Развязав ленты пеньюара, откинул шёлковые полы в стороны. Я осталась перед ним обнажённой в одних недоразумениях под названием стринги.