Но дети любят все таинственное и страшное… Вот и Лиля в восторге от тайны, которая окружает дом.
– Ну, – донесся до Говорова скептический голос Кости, – и долго ждать?
– Смотри, смотри! – вдруг закричала Лиля. – Ну вот, видел, видел?
Говоров даже вздрогнул… Что она видит?!
– Смотри, окно открылось, занавеска задрожала! – не унималась Лиля.
– Что? – удивился Костя. – Я ничего не видел!
– Да ну тебя, – обиженно воскликнула Лиля, – неинтересно с тобой играть!
Говоров услышал быстрый топот ее удаляющихся шагов.
А Костя, похоже, так и стоит под таинственным окном, все надеясь разглядеть то, что заметила сестра…
Заметила Люлька что-то в самом деле? Или ей мерещится? Или она просто смеется над братом?
Говорову и самому стало смешно. И на душе полегчало. Даже захотелось самому пойти и взглянуть на таинственное окно. А вдруг и он что-нибудь такое… невероятное… разглядит?"
"Но как представил, что столкнется с Маргаритой, встретит ледяную, торжествующую ухмылку на ее лице, – и решил пока остаться в кабинете.
Однако отсидеться не удалось: позвали к столу. В честь возвращения Маргариты и Кости назначен был праздничный обед.
Говоров сел на свое обычное место во главе стола, мельком подметив, что Маргарита опять переоделась. В третий раз.
Эх и красивая у него жена… Только вот отчего глядеть на нее тошно?
А вот сейчас войдет Тася с кастрюлей в руках – и одного взгляда на нее окажется достаточно, чтобы почувствовать себя совершенно счастливым.
Хотя бы ненадолго…
Однако Тася вошла не одна.
За ней следовал веселый Шульгин, причем без палки: нес большую фарфоровую супницу.
– Народ каши просит, а не тут-то было, – сообщил Шульгин. – Мы с Тасенькой такой супчик с крапивой накухарили!
Тася подошла к первому, конечно, к Говорову – главе семьи, и он увидел, как нервно дернулась Маргарита.
Когда Тася наливала суп в ее тарелку, Маргарита дернулась снова и демонстративно отодвинулась от стола, как будто боялась, что суп будет вылит не в тарелку, а на ее платье.
И даже что-то стала с него стряхивать…
Говоров только головой покачал от такой вопиющей вредности и принялся наливать из графинчика водку в рюмки.
– Витамины! Давай, давай! – балагурил Шульгин, указывая Лиле на тарелку с крапивным супом.
– Мне чуть-чуть! – пискнула Лиля.
Тася с улыбкой налила ей совсем немного.
– Приятного! – шутливо посоветовал Шульгин.
Следующим была очередь Евсея Ильича, потом Кости.
– Бурда диетическая! – буркнул сын.
