Тяжело вздохнула: – Просто и папа. И Котя… все стало так сложно! Запутанно!
Сергей не понимал, о чем она говорит, но, видимо, это было в самом деле непросто, если у нее стало такое печальное лицо!
Он только собирался осторожно спросить, в чем дело, как вдруг Лиля, просветлев, обернулась к нему, взяла за руки и робко улыбнулась:
– А ты знаешь, Сережа… ты можешь подождать месяц?
– А что будет через месяц? – удивился он.
– Я школу закончу, – серьезно сообщила Лиля. – Вот один мой знакомый ждал целых семь лет… ну неважно, кого он ждал… хотя она абсолютно этого не стоила…
Она осеклась, увидев, с каким изумленным выражением таращится на нее Сергей:
– Лилька… ты делаешь мне предложение?!
Она отвернулась было, но тут же снова уронила голову на его плечо:
– Ну что ты смеешься?! Чего так развеселился?
Он хотел бы сказать, что ему весело от счастья! Он от счастья смеется!
Оказывается, именно этого он хотел всю жизнь… Может быть, с тех самых пор, как увидел около клумбы девчонку с косичками, подвязанными калачиками, и сказал, что карамельки – самые его любимые конфеты, а потом он будет звать ее Карамелькой…
Неужели так бывает?!
И вдруг он понял, всем существом своим понял, что бывает – именно так, что должно быть – именно так, а вот как там «в общаге» получалось с Динарой, так именно что не должно быть!
И захохотал еще громче, еще свободней:
– Лилька, ты, значит, делаешь мне предложение!
Она так и замерла, насторожилась, как птичка…
Одно неверное слово, один недобрый взгляд – и улетит!
– Ну что ж, сударыня, – с преувеличенной серьезностью сказал Сергей, чувствуя, что сейчас пустится вприпрыжку от счастья, – я не в силах вам отказать!
– Сережка! – Лиля кинулась к нему на шею.
Он встал, и Лиля немножко повисела на нем, от избытка счастья болтая ногами.
Девчонка… Как это получилось, что какая-то девчонка вдруг стала для него самой желанной из женщин?!
– Побежали скорей! – крикнула Лиля, спрыгивая с него, схватила за руку и потащила к дому.
* * *– Варвара, – спросил Михаил Иванович, усаживаясь за обеденный стол, – Лилька-то не пришла?
Варвара отвлеклась от холодца, который разрезала, и сказала с улыбкой:
– Да вы не волнуйтесь! Дело-то молодое!
– Молодое? – фыркнул Говоров. – А вот где она?
Приглашенный к обеду Мирон Полищук усмехнулся, Маргарита поджала губы.
Как всегда, у Говорова одна тема: его ненаглядная дочуня.
