С Костей вчера такая неприятность произошла, а Михаил о нем ни слова!
А впрочем, пусть лучше помалкивает, а то начнет такими ужасными словами бранить… и гостя не постесняется!
– Выпускные экзамены на носу! Она хоть готовится? – требовательно взглянул Говоров на жену.
Маргарита холодно пожала плечами и принялась накладывать Полищуку холодец. Холодец у Варвары получался невероятный!
К счастью, Говоров тоже отвлекся на гостя.
– Дочка у меня на золотую медаль идет! – гордо сообщил он, откупоривая коньячную бутылку.
– В МГУ собирается. Не знаю, как отпущу! В голове не укладывается.
– У нашего папы, – не сдержалась Маргарита, – доченька на первом месте. А уж потом жена, сын…
– Ладно, – примирительно буркнул Говоров, который и сам понимал, что, когда думает о дочери, теряет голову.
– А какие подарки он ей дарит! – продолжала Маргарита. – Весь город гудит! Представляете – машина на день рождения!
В голосе ее звучала обида: у Лильки есть машина, а у Кости нет! Хоть муж и обещал, что подарит сыну авто, когда тот выйдет из училища, теперь, после той безобразной сцены с целинной потаскушкой, Говоров может и передумать, он такой!
Полищук недовольно повел бровями.
Он не выносил, когда женщины начинали жаловаться посторонним на мужей или вот так посмеиваться над ними с нескрываемым ехидством, как это делает Маргарита.
И, хотя дарить на шестнадцатилетие девчонке «Москвич» ему казалось какой-то буржуазной блажью, чуждой советскому человеку, он все же вступился за Говорова:
– Значит, заслужила.
– О! – обрадовался Михаил Иванович. – Лилька у меня – свет в окошке. Умница! Ну, за дочку!
Маргарита опустила глаза.
Какой смысл беситься, если ничего не изменишь?..
И она покорно протянула рюмку – чокаться.
Выпить не успели – появился «свет в окошке».
– Лилечка, садись, – сказала Маргарита, отмечая, что девчонка какая-то взбудораженная.
– Дядя Мирон, здрасьте! – бросила Лиля. – Мамочка, папочка, как хорошо, что вы дома! – Перевела дух и объявила радостно: – Я замуж выхожу!
У Говорова слиняла с лица блаженная улыбка, Полищук явно чувствовал себя неловко.
Маргарита едва сдержала усмешку: а уж не сбывается ли ее пророчество о том, что доченька рано или поздно пойдет по следам своей родной мамаши? Ну, похоже, она отправилась в путь довольно рано!
Лиля окинула взглядом изменившиеся лица и быстренько уточнила:
– А… не сейчас! Через месяц!"
"– Ну хоть на этом спасибо! – выдохнул Говоров и опрокинул рюмку в рот.
