Я тут наведу порядок! Ты еще вспомнишь, тетушка Варвара, как кричала мне: «Скатертью дорога!» Вспомнишь, когда я тебе крикну: «Скатертью дорога!» Я не я буду, а тебя отсюда выживу!»
– Шампанское открывайте, Варвара, – велел Говоров.
– Как прикажете, – проворчала та, уходя на кухню.
– Ну, все в порядке было, Егорыч? – спросил Говоров, глядя на верного шофера.
– Все хорошо прошло, – отрапортовал тот. – В свидетели меня записали и еще дамочку одну.
– Ну, отлично! – сказал Говоров.
– Михаил Иванович, – сладким голосом перебила Динара, – а куда можно цветочки поставить?
– Цветочки? – засуетился Говоров.
– Сейчас поставим! Варвара! Тащи вазу!
– Вы знаете, – сказала Динара, – я, честно говоря, нашу свадьбу не так представляла! Ни музыки, ни платья, – она брезгливо оттянула подол своего бесформенного синего балахона фасона «для беременных», – ни гостей…
Маргарита презрительно повела бровями: «Потаскуха! Да что же это сплошные потаскухи вьются вокруг моих мужчин?! Михаила чуть не увели, а Костю все же отняли! Свадьбу ей! Музыку! Боже мой, и мне придется терпеть эту паршивку всю жизнь?! Котя, ну как ты мог! Михаил, ну что ж ты наделал, зачем ты ее нам навязал?! И еще суетится вокруг нее, как вокруг родной дочери!»
– Свадьбу? – растерянно повторил Говоров.
– Да мы сейчас такой праздник закатим!
На лестнице послышались шаги. Быстро спустился Костя со своим чемоданом, за ним бежала Лиля, беспомощно бормоча:
– Котька, может, останешься? Мы тебя так ждали!
Все стоявшие внизу недоуменно замерли.
– Котя, ты куда? – робко спросила Маргарита.
Он обернулся:
– А я в этом доме жить не намерен. Ни дня и даже ни минуты!
Говоров и Динара замерли.
– Да, отец, – продолжал Костя. – Ты же хотел еще одного Говорова? Так ты его и получишь. Только вместо меня. А я скоро получу назначение и уеду!
Лиля с ужасом зажмурилась.
– А как же я?! – жалобно возопила Динара. – Я ж твоя жена!"
"– Ну так и наслаждайся! – почти весело воскликнул Костя. – А что, звезда гарема? Ты ж хотела тут жить, ну и живи! Только без меня.
Он шагнул было к выходу, но повернулся, подошел к Маргарите:
– Мама… Только ты не волнуйся! Прости, я пока у друзей поживу. Мам, все будет хорошо… Ну не плачь, мама…
– Я к тебе приеду. – Она с трудом сдержала слезы.
Лиля обняла Маргариту и Костю:
– И я приеду, честное слово! Куда бы тебя ни направили, хоть на край света!
– Все, мама, – сказал Костя, кивнул на прощание сестре и на миг замер, подал руку Егорычу.
Тот понимающе, печально кивнул.
