Шум голосов сразу стал заметно глуше. Как хорошо, что Сережа с Виктором Федоровичем придумали для нее автомобильную аварию и длительную болезнь. Теперь на нее все можно списать – и изменившийся стиль поведения, и не столь броскую, как раньше, внешность, и частые головные боли, из-за которых она не может подолгу находиться в шумном обществе.
Она проверила мясо в духовке, но вместо того, чтобы вернуться в комнату, села за стол и стала бессмысленно перебирать маленькие серебряные ложечки, приготовленные для десерта.
Ей не хотелось идти к гостям, здесь, на кухне, она чувствовала себя более защищенной, чем среди чужих и еще неизвестно как настроенных людей.
– Ирина Андреевна!
Ирина подняла голову и увидела Николая.
– Простите, можно мне воспользоваться телефоном здесь, на кухне? А то в комнате такой гвалт стоит.
– Да, пожалуйста, – кивнула она, показывая на висящий на стенке аппарат.
Николай уселся за стол напротив нее и снял трубку.
– Алло! Мама? Поздравляю тебя с Новым годом! Как вы там?..
Ирина встала и стала что-то деловито изучать в холодильнике, чтобы Николай не заметил, что она сидит на кухне просто так, без всякого дела.
Он быстро закончил разговор, не ушел, а вытащил сигарету и зажигалку и протянул открытую пачку Ирине.
– Позвольте вас угостить.
– Я не курю, – покачала она головой. – Даже дыма не выношу.
– Неужели смогли бросить? – удивился Николай. – Вы молодец. Это не многим удается. Может, поделитесь секретом?
– Никакого секрета. Я же сказала вам, я многое делала только для вида, чтобы казаться старше, взрослее.
В том числе и курила поэтому. А теперь необходимость отпала.
Он немедленно загасил сигарету и виновато улыбнулся.
– Простите, я не знал, что вам дым неприятен."
"«Мне ты сам неприятен, а не дым», – мелькнуло в голове у Ирины, и она даже удивилась, откуда взялась эта мысль. Николай пока что не сделал ей ничего плохого.
– Курите, не стесняйтесь, я уже иду в комнату, – сказала она, подходя к двери.
– Ирина Андреевна, мне нужно с вами поговорить.
«Ну вот, – подумала она, – вот и началось. Хорошо, если он начнет просить меня повлиять на Сергея в каком-нибудь вопросе, в этом случае я с ним легко справлюсь. А если что-то другое?»
– Я вас слушаю, – спокойно произнесла она, возвращаясь и снова усаживаясь за стол.
– Мне нужна пленка, Ирина Андреевна.
Она молчала. Случилось самое худшее, что только можно было предположить. Речь идет о чем-то таком, о чем она совсем не знает, но обязательно должна знать.
