– Всех убийц повыловила? – насмешливо спросил Алексей.
– Пока ни одного. Завтра еще думать буду. Хорошо, что еще один спокойный день есть. Может быть, будет, – добавила она, спохватившись.
2 января позвонил Константин Михайлович Ольшанский и сказал, что только что разговаривал по телефону с академиком Зафреном.
– Старик уверен, что рука одна и та же, – сообщил он. – Заключение в полном объеме будет готово через два дня, в том смысле, что он его напишет.
– Неужели действительно Светлана оказалась талантливой писательницей?
– Похоже, что так.
Значит, у Параскевича могли быть реальные причины если не для самоубийства, то по крайней мере для глубокой депрессии. Между прочим, мне начальник следственной части одно дело сует и на твоего Колобка ссылается. Вы что там, на Петровке, с ума все посходили? Других следователей во всей горпрокуратуре нет?
– Какое дело, Константин Михайлович?
– Григорьеву, восьмидесятого года рождения. Труп на Котельнической. Что твоему шефу прибило мне эту девочку подсунуть, не знаешь?
– Не знаю, честное слово.
Может, потому, что ею Юра Коротков занимается?
– А ты?"
"– Ну и я тоже, куда ж я денусь. Вы же знаете, я всеми делами нашего отдела занимаюсь, одними больше, другими меньше, но обязательно всеми. Но вообще-то я догадываюсь, откуда ноги растут. У нас ведь в последние четыре года количество зарегистрированных изнасилований все время снижается, особенно подростковых. Сексуальная свобода и распространение порнухи свое дело сделали, девочки теперь намного охотнее идут навстречу нескромным желаниям мальчиков и потом не предъявляют никаких претензий.
Но классические случаи все равно остались, они связаны с психопатологией, там механизмы совсем другие, и такие преступники на сексуальную революцию не очень-то реагируют, у них своя программа в голове. Поэтому каждый случай изнасилования, сопряженный с убийством, особенно если речь идет о несовершеннолетней девочке, может расцениваться как сигнал о том, что появился очередной псих со своей программой.
Каждый такой случай сразу же берется под строгий контроль. Ну и вполне понятно, что Колобок хочет сделать этот подарок именно вам, потому как любит вас безмерно и доверяет вашему профессионализму. А если вы этим обстоятельством недовольны, то лучше оторвите голову мне. Это будет справедливо.
– Почему? Это ты его попросила навязать мне дело?
– Нет, это он сам, – засмеялась Настя.
