– Практически ничего. Он действительно никуда не ходит и почти ни с кем не общается. Я встречался с его бывшей женой, она характеризует Андрея как романтика-недотепу. Она считает, что он ни в коем случае не мог совершить насилие над женщиной, а тем более над девочкой.
– Ну, что там она говорит и считает, это дело десятое. Я таких аргументов не принимаю. Не может совершить традиционного изнасилования только тот мужчина, у которого отсутствует половой член. Все остальные могут, и всех остальных можно подозревать, – жестко ответил Юрий, который за много лет работы в розыске так и не привык к убитым и изнасилованным детям и каждый раз делался слепым и глухим от ярости и ненависти к преступнику.
– А что ты имел в виду, когда сказал, что Турин почти ни с кем не общается?
– Я наблюдал за его квартирой два дня подряд. Он ни разу не вышел на улицу, но к нему приходила женщина. Она приезжала на машине, поэтому я ее легко установил.
– Кто такая?
– Параскевич Светлана Игоревна, прописана в Москве, шестьдесят седьмого года рождения.
Алло! Юра, ты куда делся? Алло! Разъединилось, что ли? Алло!
– Я здесь, – ответил Коротков. – Повтори еще раз."
"– Параскевич Светлана Игоревна. Что будем делать? Начнем ее разрабатывать или переключимся на Гену Варчука?
– А ты по Варчуку что-нибудь успел сделать?
– Я собрал сведения о его друзьях по месту жительства и по дому на Котельнической. Оказалось, что Гена раньше подолгу жил у деда, потому что дед у него в прошлом какой-то крупный деятель и у него квартира огромная, а там, где Гена жил с родителями, было тесновато, они вообще ютились в коммуналке, пока кооперативную квартиру не построили.
Поэтому на Котельниках у Варчука полно приятелей. Но ребят я пока не трогал без твоей команды.
– Правильно сделал. Значит, так, Саня, команду ты от меня, считай, получил, начинай заниматься друзьями Варчука. А Светлану Игоревну не трогай.
– Почему? Ты с ней знаком и уверен, что она ни при чем?
– Ну, к изнасилованию-то она точно отношения не имеет, – усмехнулся Коротков.
– А то, что она про Турина может рассказать много интересного, это наверняка. Но ведь и Турин может кое-что о ней рассказать, коль они знакомы. Вот это как раз мне и надо. Ну-ка давай еще разочек с подробностями, где и когда ты ее засек.
Юлов терпеливо пересказал со всеми деталями ту сцену, которую увидел из окна квартиры одинокой бабульки, и назвал Короткову номер машины.
– В чем она была одета?
– Короткая шубка, голубоватая такая, черные брюки, узенькие.
