Чужая роза

Мне даже показалось, что он думает о том, как использовать откровения Бьянки. Неужели поверил бредням ослепленной горем женщины? Но это же глупо. Мало ли что человек в состоянии аффекта наговорит?

– Алессия, вот ты где, – послышался негромкий голос, и на пороге кухни показалась Альда. Майресса выглядела почти как обычно, разве что была немного бледной, но глаза ее смотрели привычно холодно и въедливо. – Ньор герцог хочет тебя видеть. Поднимись к нему в кабинет.

Сердце екнуло. Со вчерашнего вечера я больше не виделась с Абьери.

Интересно, что ему нужно?

– Поторопись, – строго сказала майресса, и я пошла к двери, пытаясь сообразить, как вести себя с хозяином Навере.

Что, если он жалеет о вчерашнем? Прачка Алерия, с которой я недавно коротала вечер, рассказывала, что Абьери никогда не заводит интрижек со своими работницами. «Уж какие у нас раскрасавицы крутились, а ни на одну не взглянул, – поделилась со мной старая служанка. – Хотя многие и не прочь были, по мужской-то части все в роду Абьери сильны.

Папенька ньора герцога очень охоч до женского полу был, да и дед тоже, умели они ньор любить. И про нашего ньора герцога в молодости говорили, что весьма в любовных утехах искусен. Мне давно еще Марита рассказывала, мать Джульетты, бывшей полюбовницы его. Так уж дочка ейная убивалась, когда ньор герцог ее бросил. А чего убиваться? Считай, на всю жизнь обеспечил, дом подарил, замуж выдал, живи – не горюй!»

В душе шевельнулось дурное предчувствие. Вдруг герцог решит меня прогнать? Получается, под влиянием минуты он почти нарушил свои принципы, а такие, как он, не терпят собственной слабости, и ее свидетелей – тоже.

«Алеся, делай что хочешь, но не уходи. Тебе еще кольцо искать!» – вмешался внутренний голос, когда я остановилась перед нужной дверью.

Так и есть. Нельзя мне никуда уходить. Если нужно, за свое место я буду держаться зубами.

Решительно вскинув голову, постучала по темному дубовому полотну и, дождавшись ответа, вошла в комнату.

В кабинете герцог оказался не один.

Он сидел за столом и листал какой-то древний на вид фолиант, в соседнем кресле развалился Форнезе, а рядом с ним застыл невзрачный худощавый человек в черной форме. Дознаватель? Да, точно, вон и золотая нашивка на груди. Незнакомец зыркнул на меня, когда я вошла, но тут же снова вернулся к тому, чем занимался до этого: его ладонь легла на письменный стол, а губы беззвучно зашевелились, произнося какие-то слова.

Я скользнула взглядом по комнате.