Маги легко распознавали ложь – кто-то с помощью артефактов, коими являлись перстни, а кто-то обладал врожденной способностью чувствовать обман собеседника. Так что лучше было не рисковать.
– Ты дотрагивалась до камня? – В голосе герцога послышалось напряжение.
– Я протерла его от пыли.
Святая Лючия, только бы Абьери поверил.
Герцог бросил на меня пристальный взгляд и снова надолго замолчал. А я смотрела на разделенное маской лицо и не могла отделаться от пьянящего желания, все еще бурлящего в крови. Что это? Наваждение? Тоска по чьей-то близости? Усталость от одиночества? Я не знала.
– Я могу идти?
Мне нужно было уйти. Необходимо. Слишком странно я реагировала на этого мужчину. Слишком остро и неправильно. С самой первой встречи, с самого первого взгляда на заманчиво переливающуюся тьму. И это пугало. Откуда взялось непонятное притяжение? С чего вдруг возник почти ненормальный интерес? Не хватало еще влюбиться и снова оказаться с разбитым сердцем.
«От мужчин одно зло, – вспомнились горестные слова Джованны.
– Никому из них нельзя верить».
Перед глазами мелькнуло залитое слезами бледное лицо, печальные черные глаза, раздавшаяся в талии фигура и отекшие пальцы.
«Слышишь, Алессия? Никому!»
Что ж, Джованна была права. Нас обеих предали. Меня – муж, ее – жених. Мы обе пострадали от своей доверчивости, вот только я осталась жива, а Джованна заплатила за ошибку слишком высокую цену.
– Кто ты такая? – вырвал из воспоминаний резкий вопрос.
Герцог взял меня за руку и точно так же, как до этого Форнезе, провел пальцами по линии жизни.
Это прикосновение не было лаской, но ощущалось как ласка. А в глазах напротив вновь загоралось яркое пламя. Огонь все ближе, все неотвратимее, как и горячая темнота призрачной маски. Она больше не холодная. Нет. Раскаленная, живая, касается моей кожи, прижимается к ней, и я тону, тону, тону…
– Кто ты такая, Алессия? – искушающий шепот скользит по губам, и мне с трудом удается прийти в себя.
Это какая-то магия. Меня околдовали, не иначе!
– Скажи, Алессия, – не отстает Абьери, и я не выдерживаю.
Вырвав руку, вскидываю голову и твердо смотрю в яркую синь:
– Я просто женщина, ньор герцог. Обычная женщина.
– Женщина, – задумчиво повторил Абьери и едва заметно усмехнулся. – В этом-то и беда, – тихо, словно про себя, повторил он и уже другим тоном добавил: – Что ж, иди. Скажи Ноэлье, чтобы не суетилась, ужинать я не буду.
Он отвернулся к окну, а я кивнула и поторопилась уйти. На душе царил сумбур, и я боялась самой себя.
![Обложка книги Темный в моем сердце: Насмешка небес [СИ]](/uploads/posts/images/3/temnyi-v-moem-serdtse-nasmeshka-nebes-si.jpg)
