Чужая роза (СИ)

Я невольно поежилась, вспомнив грозно оскаленную пасть, а хозяйка продолжила:

— А то, что ньор герцог к мессе в собор не ходит… Мало ли, может, он в домашней капелле молится? Во дворце же есть капелла?

— Есть. И я сама там ньора герцога видела.

Почему-то мне захотелось защитить Абьери от злых языков.

— Он приходил молиться.

— Вот и я говорю, врет сынок Джины, напраслину на хозяина возводит! — просияла ньора Арелли. — Ты гляди, как быстро Беттина все съела, вот что значит, мать рядом, — переключилась ньора. — Соскучилась по маме, да, Беттина?

— Ма-ма, — отчетливо произнесла малышка, и у меня от неожиданности дрогнула рука.

— Сладушечка моя, скажи еще раз, — прошептала я.

— Ма… Ма-ма, — потянувшись ко мне перемазанными кашей губами, сказала Беттина. — Мама, — снова повторила она, и я расплакалась.

***

Во дворец вернулась затемно. Моя малышка никак не хотела меня отпускать, да я и сама не могла от нее оторваться, и только когда небо за окном окрасилось в насыщенный синий, а Беттина уснула у меня на руках, я отдала ее ньоре Арелли и поспешила уйти.

Стоило завернуть за угол, как я почувствовала на спине чей-то взгляд, но когда обернулась, никого не увидела. Странно. Уже не первый раз мне казалось, что за мной следят. Началось все в Адуе. Именно там у меня впервые возникло ощущение, что я стою под прицелом снайперской винтовки, и неизвестный враг вот-вот спустит курок. Потом я еще дважды чувствовала жжение в области лопаток, когда выезжала с герцогом в аргестерий. И вот теперь снова. Что это — паранойя?

Я настороженно покосилась по сторонам.

Люди спешили по своим делам, вечерний Навере жил обычной жизнью, и никому не было до меня никакого дела. Может, просто показалось? Привыкла всего опасаться, вот и придумываю то, чего нет. Как бы там ни было, но я прибавила шаг и до дворца добралась за считанные минуты.

— Ты поздно, — встретила меня Альда. Судя по недовольно поджатым губам, майресса была не в лучшем расположении духа.

— Простите, ньора Альда.

Я постаралась, чтобы в голосе прозвучало искреннее сожаление, хотя давалось оно мне с большим трудом.

В душе все пело, и губы сами растягивались в улыбку, стоило только вспомнить звонкое «мама», сказанное Беттиной.

— Иди за мной, — велела майресса, направляясь к ассольдо. — Через неделю ньор герцог устраивает званый ужин, у нас много работы.

Я удивленно вскинула голову, но спросить ничего не успела — Альда свернула к кладовой, распахнула дверь и хлопнула в ладоши, зажигая магические лампы.