Множество комнат-пещер разного размера и длинных коридоров, которые все, как ни странно, имели плавный загиб в одну сторону. Сейчас на плане отчётливо проступали странноватые знаки, которые я не могла понять даже на рисунке. Но их я тоже тщательно обвела. Мало ли, что они значат…
Сефу долго стоял и смотрел на пересечение линий.
– Посмотри сюда, царевна Инеткаус.
Он ткнул пальцем в довольно большой зал на плане.
– Вчера мы останавливались вот здесь, если я не ошибся. Помнишь, там были три статуи и у каждой – три руки? Вот иероглиф рука и цифра девять! Потом мы шли вот этим коридором и вышли сюда! А вот лестница, по которой мы поднимались утром!
Я, совершенно поражённая, смотрела на то, как Сефу разбирает это нагромождение линий.
Конечно, я вспомнила и зал, и лестницу. Да, но только после того, как он мне напомнил! Сама я уже давно не запоминала, где именно мы идём…
А Сефу с восторгом в голосе продолжал:
– Вот иероглиф антилопа… И цифра два! Смотри, госпожа, он почти как наш, и отличается только вот этой линией.
Я, разумеется, не видела никакой разницы…
– Это тот зал, где сражались две белых антилопы?! Ну, тот рисунок на стене...
– Да, царевна! А вот, смотри, сейчас мы здесь, и скоро – выход! Ты видишь? Вот коридор, зал и лестница... И потом – река и выход!
– Сефу, остановись!
Он замер у карты и повернулся ко мне.
– Сефу, мы слишком шумим. Пусть люди спят, пока не отдохнут. Завтра, если всё так, как ты увидел – мы выйдем из подземелья.
– Почему не сейчас, госпожа?!
– Потому, что в двух залах и в одном коридоре мы видели завалы.
Помнишь, нам пришлось возвращаться? Может случиться так, что и там мы не найдём выход. Не стоит давать людям ложную надежду.
– Как скажешь, царевна.
Он приложил руку к сердцу и поклонился.
– Пойдём, госпожа, тебе тоже нужно отдохнуть…
Я лежала, закутавшись в тёплое покрывало, прижимая к себе бархатную и горячую Басю, и думала. Как ни странно, я не испытывала даже радости от того, что этим жутким пустым городам, этим бесконечным переходам и лестницам, кажется, наступает конец.
Я прекрасно понимала, что самое сложное ждёт нас, когда мы выйдем. Если муж моей сестры не дурак, или даже – дурак, но дурак, управляемый жрецом, который собаку съел на подковерных играх, то любой человек в моём окружении рискует очень сильно. И насколько порядочно с моей стороны воспользоваться их наивной верой в богов и божественность фараона? Сама я, разумеется, ни в каких богов не верила.
