Собака как-то странно насторожилась, но пошла следом, по узкой дорожке вдоль высоких кустов. Они прошли всего до соседнего здания, когда Вика услышала голоса.
– Ты, вообще, видела ее?
– Кого?
– Дин, ну, ты как с Луны, ей-богу.
Виктория остановилась, разговор был слышен так отчетливо, потянуло сигаретным дымом, девушка прижалась спиной к кустам, прислушиваясь. Там, за ними, было здание клуба, и разговаривали две девушки.
– Подстилка Фирсовская? Да, конечно, видела, и не раз, такая фифа, я не могу, ходит, ни на кого не смотрит, словно в упор не видит, псина эта теперь постоянно с ней.
– Сучка, бесит она меня.
– Ой, Лад, что случилось-то? Антоша теперь точно свободен, можешь дальше крутить с ним, не побежит после тебя к ней в постель.
Ганс склонил свою здоровую голову и вопросительно посмотрел на Викторию, та лишь приложила палец к губам, чтоб не издавал ни звука. Две девушки курили и обсуждали ее, ведь это именно она - Фирсовская подстилка, а Антон - ее муж.
– Да в том-то и дело, что все стало еще хуже, он словно помешан на ней, все разговоры о том, как он ее любит, какой он дурак, что она обязательно будет снова с ним.
– Да ты что? Прямо так и говорит?
– Что развода не даст, что она за все ответит, а еще Фирс с Ястребовым будут гнить в канаве, где им и место.
– Тихо, ты чего такое говоришь? С ума сошла, работу потерять хочешь?
– Ой, Дин, сама не знаю, что говорю, устала, сил нет.
– Как это он Ястребова в канаве закопает? Рус сам его порвет, руку-то сломал, и вообще, не надо мне Руса трогать, сама знаешь, нравится он мне, очень нравится.
– Ты думаешь, он будет с такой, как ты? Наивная дура. Ему вообще никто не нужен, только груша, висящая на крюке в потолке. Как ты вообще с ним трахалась, он говорят неуправляемый.
– Много ты знаешь, но мне самой наша девица не нравится. Рус почти месяц не появляется у меня, я уже на изнанку вывернулась, слушать ничего не хочет, чуть что, орет. И все это после того, как она здесь появилась.
– Дин, ты точно без головы.
Влюбилась в Руслана? Он же больной на голову, убить может одним пальцем. Ты слышала про то, как он в интернате двоих в пятнадцать лет чуть до смерти не забил?
– А твой-то Антон прям золото. Но нам двоим будет выгодно, что она внезапно может просто пропасть, ну, или мало ли что с ней может случиться, территория большая.
– Что ты…
– Тихо ты, раскудахталась.
– Аааааааааа…черт…господи, фу, псина противная.
– Ганс, брысь, боюсь его, сил моих нет.
