Чужая жена

Ты стала моим наваждением, от которого невозможно избавиться. Каждый раз, ища предлог хотя бы мельком увидеть тебя, я лгал самому себе, что прихожу в тот дом только из-за работы. Я бы мог давно начать свой бизнес, но годами продолжал оставаться на побегушках у семьи Калиевых. Ведь если бы я ушел, то никогда больше бы не увидел тебя. А я не мог отказаться даже от этих мимолетных встреч, хотя ты никогда и не смотрела на меня, словно я был невидимкой. А если бы и посмотрела, что бы я сделал? Ты была чужой женой.

Под запретом. Знаешь, сколько раз я повторял для себя эти слова? Пытался вдолбить их в свое сознание. Но ничего не помогало. И я злился на тебя за то, что ты имеешь такую власть надо мной. Женился, думая, что брак удержит меня от соблазна, и я смогу выбросить тебя из головы. — Каждое новое слово мужа повергало меня в шок. Неужели я столько лет мечтала о любви, о человеке, который хотел бы меня, а сама не замечала того, что он все время был рядом?

Неужели вся его холодность и надменный вид были попыткой держать в руках свои чувства? Ведь после нашей свадьбы Мансура будто подменили.

Его слова объясняли эту странную перемену в характере.

— И что, помогло? — Охрипшим от эмоций голосом спросила я.

— А разве не видно? — Грустно усмехнулся он, зарываясь пальцами в мои волосы и целуя мои опухшие от слез губы. — Я сделал только хуже. Единственное, что не позволяет мне жалеть о моем браке, это — Ася. — Прервав поцелуй, поделился он.

— Пироженка — лучшее, что случилось со мной за многие годы, — ответила я.

 — Я ужасно злилась и негодовала из-за того, что ты ограничивал наше общение."

"— Я ужасно ревнив, когда дело касается тебя, так что меня может порой заносить, — пожал он плечами.

— Ревновал к собственной дочери?! — Рассмеялась я, удивляясь такой причуде и качая головой.

— Скорее к тому, что с ней ты хотела проводить время, а на меня даже не смотрела. И я ужасно боялся, что она привяжется к тебе, и будет страдать так же, как страдал я. — Запрокинув мне голову и целуя в шею, прошептал он.

— Тебе не к кому больше ревновать. Да и раньше не было, — простонала я, когда он прикусил чувствительное местечко. — Если бы мне было куда уйти, я давно бы это сделала. — Обнимая его лицо, поделилась я.

Свалившись на диван, мы принялись с остервенением срывать друг с друга одежду, сгорая от нетерпения. Наше неровное дыхание, прерываемое поцелуями, стонами и именами друг друга — вот и все, что нарушало ночную тишину.