Чужак из ниоткуда-3

— Сколько⁈ — изумлённо переспросил Любимов.

Алла Демидова даже наклонилась вперёд, чтобы через Высоцкого заинтересованно посмотреть на меня.

— Но по паспорту — шестнадцать, — сказал я.

— Какая интересная история, — заметил Высоцкий. — Прибавил себе два года?

— Не я, Комитет госбезопасности. Иначе меня было не вытащить из США.

— А что ты делал в США? — спросила Демидова.

— Работал в бродячем цирке. Есть такой — Circus Smirkus. Не слышали?

Николай Лукьянович отрицательно покачал головой.

— Час от часу не легче, — пробормотал Любимов.

Высоцкий и Золотухин расхохотались.

— Кем работал? — поинтересовался Высоцкий.

— Артистом. Выступал на сцене с номером.

— Каким?

— Стрелял. Свечи гасил, в карты попадал — из «двоек» «тройки» делал. В таком роде.

— Юный ковбой?

— Разрешите представиться, — я поднялся поклонился и, подражая голосу Мэттью Раймонда, провозгласил. — Лучший стрелок старой доброй Англии Джимми Хокинс по кличке Юнга! Когда-то с помощью своей необыкновенной меткости он добыл сокровища кровожадного пирата Флинта на далёком острове, а теперь продемонстрирует своё искусство нам!

— «Остров сокровищ»! — воскликнула Алла Демидова.

— Не жаловался.

— Так мы в некотором роде коллеги? — осведомился Золотухин, забавно приподнимая брови.

— Погоди, — сказал Высоцкий. — Как ты в Штатах оказался? Ты американец?"

"— Русский. Более того — советский. Меня ЦРУ выкрало, чтобы узнать кое-что важное. Случилось это в апреле месяце в городе Мары — областном центре Туркменской ССР.

— Чувствую себя на страницах авантюрного романа, — сообщила Демидова.

— А вы ещё спрашиваете, за что мы любим театр, — сказал Николай Лукьянович.

— Я не спрашиваю, — сказал Любимов. — Я знаю. Театр — это мы, а себя нужно любить. Иначе ничего не получится.

— Разве не ближнего своего? — неожиданно подала голос Таня.

— Да. Но как самого себя, — парировал Любимов. — Как интересно, советская молодёжь цитирует Евангелие. Неплохо, неплохо. Но мы отвлеклись. Речь шла о чуде. Серёжа, думаю, вы с вашими разнообразными талантами уже догадались, какое чудо я имею в виду.

— Думаю, да, — сказал я и посмотрел на Высоцкого. — Владимир, вы как? Вам нужно чудо?

— Я могу бросить в любой момент, — сказал Высоцкий преувеличенно нейтральным голосом.