Чужестранка. Книга 2. Битва за любовь

– После того, что он наболтал в присутствии своих подчиненных, не мог же он признаться в собственной несостоятельности, как ты считаешь? Он изобразил все так, будто выполнил то, чем похвалялся. Должна сказать, что ему все это было поперек горла. Он ударил меня и порвал мне платье. Ударил так, что я почти потеряла сознание, а когда опомнилась и привела себя более или менее в порядок, англичане уже уехали и увезли тебя с собой.

Джейми глубоко вздохнул и прикрыл глаза. Его широкие кисти лежали на коленях, и я накрыла одну из них своей ладонью.

– Ну хорошо, – заговорил он. – Мне только хотелось бы выяснить вот что, Дженни: когда ты уходила с ним, знала ли ты точно, что он ничего не сможет сделать с тобой?

Она ответила не сразу, но глаза ее смотрели на брата прямо и открыто; потом она покачала головой с еле заметной улыбкой.

Она вытянула вперед руку, предупреждая протест Джейми; брови, похожие на крылья чайки, красиво приподнялись.

– Если ты считал возможным предложить свою жизнь в обмен на мою честь, то почему же я не могла предложить свою честь в обмен на твою жизнь? – Брови ее сошлись на переносице точно так же, как они сходились у ее брата. – Или ты хочешь сказать, что я люблю тебя меньше, чем ты меня? Если это так, Джейми Фрэзер, то я прямо заявляю тебе, что это неправда!

Джейми открыл рот для ответа до того, как она кончила говорить, но, услышав заключительные слова, внезапно сомкнул уста, и Дженни воспользовалась преимуществом:

– Потому что я люблю тебя, хоть ты и тупоголовый, слабоумный, безмозглый человечишка.

Синие глаза уставились в синие глаза, искры полетели во все стороны. Джейми был задет резкими определениями его умственных качеств и тщетно пытался найти достойный ответ. В конце концов он распрямил плечи и пошел на уступки.

– Ладно, в таком случае извините, – сказал он.

Они с сестрой довольно долго смотрели после этого друг на друга, но ожидаемого прощения Джейми не дождался. Дженни пристально вглядывалась в него, прикусив нижнюю губу, но ни слова не говорила. В конце концов он потерял терпение.

– Я же извинился! Чего тебе еще надо? – спросил он. – Чтобы я встал перед тобой на колени? Встану, но скажи мне это!

Она медленно покачала головой, все так же прижимая зубами губу.