Чужестранка. Книга 2. Битва за любовь

Я заметила короткую вспышку изумления в его мгновенно расширившихся глазах и столь же краткий и внезапный проблеск страха, от которого дрогнули углы рта.

Удар попал в цель. Несмотря на опасность минуты, я ощутила некое торжество. Выходит, я оказалась права, и мое знание может стать моим оружием.

– Так вы знаете? – тихо проговорил он.

– Да, и полагаю, что Колум это знает тоже.

На мгновение это ошеломило его. Карие глаза сузились, и у меня мелькнула мысль: вооружен ли он?

– Я думаю, одно время он считал, что это Джейми, – говорила я, глядя прямо ему в глаза.

 – Из-за сплетен. Пустили их вы, сообщив Джейлис Дункан. Зачем? Из-за того, что Колум заподозрил Джейми и начал допрашивать Летицию? Она бы не смогла долго ему противиться. Или это Джейли решила, что вы любовник Летиции, а вы сказали ей о Джейми, чтобы успокоить ее подозрения? Она женщина ревнивая, но теперь у нее нет никакого резона покрывать вас.

Дугал жестоко улыбнулся.

– Она бы и не могла, – согласился он. – Ведьма мертва.

Потрясение, должно быть, так же ясно отразилось на моем лице, как и прозвучало в голосе.

Улыбка Дугала сделалась шире.

– Да, – сказал он. – Ее сожгли. Сначала погрузили ногами в бочку со смолой, потом обложили сухим торфом. Привязали к столбу и подожгли, словно факел. Улетела к дьяволу столбом огня сквозь ветви рябины.

Вначале я подумала, что этот перечень подробностей был предназначен для того, чтобы произвести на меня впечатление, но я ошиблась. Слегка отодвинувшись в сторону, так что свет упал Дугалу на лицо, я увидела у него вокруг глаз горестные морщины.

То был не перечень ужасов, а самобичевание. Однако я не испытала к нему жалости.

– Значит, вы ее любили, – холодно произнесла я. – Много хорошего это ей принесло. И ребенку тоже. Что вы с ним сделали?

– Он в хорошем доме и в добрых руках. Сын, здоровый ребенок, хотя его мать и была ведьмой и прелюбодейкой.

– А его отец – прелюбодей и предатель, – зло сказала я. – Ваша жена, ваша любовница, ваш племянник, ваш брат… есть ли кто-то, кого вы не предали и не обманули? Вы… вы…

Я захлебывалась словами от возмущения.

– Впрочем, не знаю, чем это я так потрясена. – Я постаралась говорить спокойнее. – Если вы не храните верность вашему королю, то чего ради вам хранить ее по отношению к племяннику или брату.

Он резко повернул голову и уставился на меня. Поднял густые темные брови, такие же, как у Колума, как у Джейми и Хэмиша. Глубоко посаженные глаза, широкие скулы, великолепно вылепленный череп.