Чужестранка. Книга 2. Битва за любовь

 – А я считала, что вы не можете оставить Святое Причастие… э-э… в одиночестве.

– Но я и не оставлял, ma chére. Вы были там.

Я удержалась от желания поспорить. В конце концов, не существует официальной ипостаси бдящего у алтаря. Нужно всего лишь быть человечным, а я, надеюсь, пока что сохранила такое качество, хотя порой и забывала о нем.

У Джейми свеча еще горела, когда я проходила мимо его двери, и страницы шелестели. Я замедлила шаг, но Ансельм увлек меня за собой и довел до моей комнаты. Я остановилась возле двери, чтобы пожелать ему спокойной ночи и поблагодарить за то, что он взял меня с собой в часовню.

– Это было… отдохновенно, – попыталась я найти верное слово.

Он кивнул, глядя на меня.

– Да, мадам. Так оно и есть. Я сказал вам, что Святое Причастие не оставалось в одиночестве, когда я уходил, потому что вы были там. А вы, ma chére? Были вы в одиночестве?

Я помолчала, прежде чем ответить ему.

Искупление души человеческой

Утром я, как обычно, пошла навестить Джейми, надеясь, что он хоть что-то съел на завтрак.

– В чем дело? – резко спросила я. – Что случилось?

У меня сильно забилось сердце и взмокли ладони. Страх оказался напрасным, потому что Мурта тотчас замотал головой из стороны в сторону и сказал:

– Нет, с ним все в порядке. Во всяком случае, не хуже, чем было.

С этими словами он своей легкой рукой взял меня под локоть и повел по коридору, причем я с немалым удивлением подумала, что, пожалуй, впервые он по доброй воле дотронулся до меня; ощущение легкости и одновременно силы его прикосновения напоминало о крыле пеликана.

– Так в чем же все-таки дело? – снова спросила я.

Узкое лицо Мурты хранило обычное для него бесстрастное выражение, но глаза чуть сощурились.

– Он не хочет видеть вас, – сказал он.

Я остановилась как вкопанная и вырвала у него руку.

Мурта замялся, словно бы выбирая подходящие слова.

– Н-ну, он просто… он решил, что вам лучше оставить его здесь и вернуться в Шотландию.

Больше я не стала слушать. Оттолкнула его и кинулась к комнате Джейми. Тяжелая дверь с глухим стуком закрылась за мной. Джейми лежал, уткнувшись лицом в подушку, одетый лишь в короткую рубашку послушника. Угольная жаровня в углу наполняла комнату уютным теплом, хоть и порядком дымила.

Он резко приподнялся, когда я дотронулась до него. Глаза, еще затуманенные сном, глубоко запали. Я взяла его руку в свои, но он убрал ее прочь.