Чужестранка

Глава 29

БОЛЬШЕ ЧЕСТНОСТИ

По вечерам, после ужина, мы обычно сидели в гостиной с Дженни и Айеном, разговаривали о том о сем или слушали рассказы Дженни.

Однако нынешним вечером настал и мой черед: я увлекла Дженни и Айена повествованием о миссис Макнаб и красных мундирах.

— «Сам Господь Бог знает, что мальчишек следует лупцевать, иначе даже Он не отвратит их от дьявола», — повторила я слова бабушки Макнаб, стараясь передать и ее интонацию.

От хохота дом едва не рухнул.

Дженни вытерла выступившие от смеха слезы.

— Господи, как похоже! Она-то это знает не хуже Бога. Сколько у нее сыновей, Айен? Восемь?

— Да, так оно и есть, — подтвердил Айен. — Я даже не помню, как их всех зовут. Когда мы с Джейми были помоложе, с нами вместе на охоту, на рыбалку или просто купаться непременно увязывалась парочка Макнабов.

— Вы росли вместе? — спросила я.

Джейми и Айен обменялись улыбками соучастников.

— Да уж, мы были очень близко знакомы, — смеясь, сказал Джейми. — Отец Айена был управляющим Лаллиброхом, вот как теперь сам Айен.

— Успеха это не имело, — подхватил Айен. — Мне пришлось принимать участие во всех подобных событиях и, пригнувшись у забора, слушать, как Джейми вопит во все горло под рукой мистера Фрэзера, и дожидаться своей очереди.

— Никогда! — с негодованием воскликнул Джейми. — Я никогда не вопил.

— Ты можешь называть это как угодно, Джейми, — возразил его друг, — но громко было ужасно.

— Вас обоих было слышно за несколько миль, — вмешалась Дженни. — И не только вопли. Джейми все время спорил, даже вися на перекладине забора.

— Да, тебе бы стоило пойти в юристы, Джейми. Я просто не понимаю, почему я позволял именно тебе давать объяснения. — Айен сокрушенно покачал головой. — Из-за тебя нам всегда попадало куда больше, чем дело того стоило.

— Ты имеешь в виду башню? — снова рассмеялся Джейми.

— Вот именно.

Айен повернулся ко мне, жестом указав на запад, где на холме за домом высилась старинная башня.

— Это был один из лучших споров, затеянных Джейми, — закатив глаза, сказал он. — Он заявил Брайану, что некультурно применять физическую силу для доказательства своей правоты. Телесное наказание — это варварство, так он говорил, оно давным-давно устарело.