– Спасибо тебе за наше приключение, Безрассудное Наслаждение, – прошептала Хедер, погладив лошадь. Повернувшись к мужу, она спросила: – Можно мне будет навещать её?
– Да, но только с должным сопровождением."
"– Приветствую вас, – раздался голос рядом с ними.
Халид и Хедер разом обернулись. При виде Омара с темными синяками под глазами и перевязанным носом Хедер пришла в ужас.
– Простите меня, – виновато сказала она, взяв руки евнуха в свои. – Я не хотела причинить вам вреда.
Омар кивнул, молча принимая ее извинения, и, обратившись к Халиду, проговорил:
– Добро пожаловать, мой принц.
Мирима ждет вас в салоне и покорно просит вас обоих зайти к ней перед тем, как удалиться в свою комнату.
– Моя мать никогда в жизни ничего не просила покорно, – отозвался Халид, скептически изогнув бровь. – Лгуны же могут лишиться языка.
И тут внимание принца отвлек смех его жены.
– Что тут смешного? – спросил он.
– Ты сам, – ответила она, блестя глазами.
Притянув жену к себе, он приподнял вуаль и поцеловал ее в губы.
Затем он снова прикрыл ей лицо и предупредил:
– Смеяться над мужем в этой стране строжайше запрещено.
– Не забудьте, какое наказание ждет лжецов, – парировала Хедер. – Вряд ли мужья без языков смогут приказывать своим женам.
– А ты бы хотела такой участи для меня?
Наблюдая за этой веселой перебранкой, Омар преисполнился надежды. Чудовищу удалось каким-то образом овладеть этой женщиной. Возможно, его ждет целое состояние. Славься, Аллах!
Следом за евнухом Халид и Хедер вошли в дом. Принц с ужасом думал о том, как он будет знакомить жену с матерью, но откладывать больше не было возможности.
– Зайди к нам через полчаса, – приказал Халид евнуху, когда они остановились у двери в апартаменты матери. – И приготовь для хозяйки ванну и легкий ужин в нашей спальне.
Халид постучал в дверь и вошел. Хедер вошла следом и уставилась на его мать.
Как королева, Мирима восседала на подушке возле стола и ждала, пока они подойдут. И выглядела она по меньшей мере внушительно.
От этой привлекательной женщины лет сорока пяти исходила аура надменности.
Волосы у нее были светло-каштановые, чуть тронутые сединой, а глаза – орехового оттенка. В остальном она была очень похожа на сына.
Так вот, оказывается, как выглядит эта странная женщина, которая с таким презрением говорит о собственном сыне. Хедер вдруг отчаянно захотелось защитить мужа, и в душе у нее зародилось опасно враждебное чувство по отношению к пожилой женщине.
Халид и Хедер сели за стол напротив Миримы.
