Прозрачный белый шелк покрывал Хедер с головы до ног.
Взойдя на помост, Хедер пошатнулась, но Омар не дал ей упасть. Он прошептал что-то ей на ухо и помог занять свое место.
– Похоже, эта варварка отличается покорностью, – заметил Мурад.
– Скорее всего Акбар влил в нее большую дозу... – Взглянув на друга, Малик замер на полуслове.
Халид явно был недоволен. Его чувственные губы сжались в тонкую гневную нить, а шрам на щеке угрожающе побелел.
– Джентльмены, я прошу вашего внимания, – призвал Акбар, что было, впрочем, бессмысленно.
– Принц Халид великодушно выставляет на торги этот экзотический цветок. Евнух к ней прилагается бесплатно. В качестве оплаты принимается только золото, и вся сумма вносится сразу.
Акбар кивнул Омару, и тот с превеликой осторожностью убрал с лица девушки вуаль. Двадцать собравшихся в зале мужчин разом испустили восторженный стон при виде столь ослепительной красоты.
Акбар улыбнулся:
– Девственница с лицом...
– Сто золотых, – выкрикнул Малик.
Халид резко развернулся и посмотрел на друга.
Малик широко улыбнулся.
– Сто пятьдесят золотых, – вмешался мужчина, стоявший совсем рядом с помостом.
Халид изогнул шею, чтобы посмотреть, кто осмелился предлагать деньги за его Дикий Цветок.
И ему было совершенно не важно, что именно для этого все и собрались здесь. Мурад с Маликом обменялись понимающими улыбками.
– Кто это? – спросил Халид.
– Граф Орчиони, – ответил Мурад.
– Кто такой этот граф Орчиони? Я никогда о нем не слышал.
Подмигнув Мураду, Малик добавил:"
"– Это хозяин знаменитого борделя на Пантеллерии, друг герцога де Сассари.
Акбар кивнул евнуху. Омар сорвал с женщины белый яшмак, под которым оказалось крошечное болеро и шальвары, не оставлявшие никакого простора для воображения. Хедер покачнулась.
– Аллах, – пробормотал Халид. – Чем опоил ее этот ублюдок, что она на ногах не держится?
– Роскошные волосы цвета огненного заката, – продолжал Акбар.
– Двести золотых, – выкрикнул толстый уродливый турок.
– А это еще кто? – осведомился Халид. – Я его не приглашал.
– Ягли Сиркин, близкий друг Акбара, – ответил Мурад.
– Ягли Сиркин? – повторил Малик, сделав вид, что ужаснулся, услышав это имя. – Надо же, я слышал, что он... не важно.
– Что ты слышал? – спросил Халид.
– Ягли Сиркин прославился своим жестоким обращением с женщинами, – поведал Мурад.
Глухо зарычав, Халид двинулся к толстяку. Мурад и Малик удержали его.
– золотых, – повторил Акбар.
