С виду эта парочка совсем не походила ни на скифов, ни на кого-то ещё из местных. Обычные, славянские физиономии. Да и общались они свободно, без малейшего акцента.
— И Лука, и Кристина, были куплены ещё совсем маленькими детьми, не скажу в каком возрасте, но обычно это от года до трёх. Воспитывались нашими воспитателями, поэтому знают язык, и прекрасно среди нас ориентируются.
— Я всё равно чего-то не понимаю. — Леонид достал третью сигарету, — зачем вам покупать рабов? Тем более делать из них поваров? У вас что, готовить не кому?
Викентий тяжело вздохнул.
— Боюсь вы не поняли... Мы не покупаем рабов чтобы использовать рабский труд, и тем более никого не захватываем.
— Тогда как? Они к вам что, сами приходят?
— Нет конечно. — Нервно затянулся Викентий, — покупая, мы спасаем этих детей, они растут среди нас, как такие же члены общины. У нас много спасенных женщин, и они тоже ни в чем не нуждаются, единственное что от них требуется, — рожать детей для общины. Это и по человечески правильно, и позволяет нам поддерживать популяцию.
Может быть вы не понимаете, но постоянные стычки и непрекращающиеся конфликты не оставляют вариантов!
— Да не переживай ты так. — Леонид положил руку ему на плечо, — всё мы понимаем. Каждый выживает как может. У нас вон тоже, ещё толком не разобрались что к чему, а уже минус две сотни мужиков. И не понятно что сейчас там происходит.
— А что там происходит? — хмуро посмотрев на него, уточнил Викентий.
— Когда ваших отбили, с трупа одного из тех гавриков, телефон сняли, а там запись интересная, в селе у нас сделана, и причём совсем недавно.
— Леонид достал из кармана трофей, и немного потыкавшись, включил видеоролик.
— Вот такие дела. — дождавшись когда закончится запись, Леонид убрал телефон. — Поэтому и переживаем.
— Даже не знаю что и сказать. — Викентий задумчиво потер подбородок. — Обычно так не заморачиваются, тупо прут напролом, особенно если банда серьёзная... Но вы знаете что? — внезапно оживился он, — завтра эту запись Клаусу покажем, он в этих делах разбирается, думаю подскажет.
А сейчас пойдемте за стол, а то холодновато что-то...
Настаивать на продолжении разговора мы не стали, и остаток ужина проболтали практически ни о чём. А когда гости-хозяева покинули нас, перебрались на кухню.
— Чайку еще по стаканчику жахнем, и пойдем Олежку сменим. — увидев одиноко стоявшую на столе рацию, Леонид вспомнил о его существовании.
— Думаю смысла нет дежурить. — озвучил я свою позицию.
