Чужих детей не бывает

— Дерек, она не контролирует силу! — истеричный голос Матильды доносился издалека, словно из-под слоя воды. — Уходим, дом сейчас рухнет!

— Сейчас, сейчас, — я широко открытыми глазами, из которых текли слёзы, смотрела на искаженное безумием мужское лицо. Оно светилось торжеством. — Ещё один заход, у меня почти получилось!

Попытка оттолкнуть мужчину или хотя бы сжать руку в кулак для удара удачей не увенчалась. Пальцы лишь скользили по мужской рубашке, не находя за что зацепиться.

— Ну же, давай! — прорычал этот зверь, заглядывая мне в глаза.

 — Ну!

— Поспеши! Выжги ей мозг, и уходим! Впрочем, неважно, ей уже не выбраться отсюда. Сама же и сдохнет под руинами дома! Я за рыжей девкой, жду тебя на улице!

Очередная волна боли была ужасающей. Рот открылся в немом крике, воздух застрял где-то в горле.

Я подсознательно попыталась оттолкнуть садиста и сквозь слезы увидела, как он отлетает от меня к столу. Характер испытываемой боли резко изменился: она расщепилась, как звук при резонансе.

Кажется, безумец всё-таки добился своего. В мозг хлынул поток чужеродной информации. Всё перемешалось, в сознании бешеным калейдоскопом вращались, менялись местами, наслаиваться друг на друга и вновь рассыпались картины моей и не моей жизни.

Ну, здравствуй, Эмилия.

С через какое-то время я смогла с трудом подняться и, на ослабевших ногах, поплелась в коридор. Дерека к тому моменту в кабинете уже не было.

Я брела, то и дело натыкалась на какие-то предметы, валяющиеся на полу, спотыкалась и шла, шла опираясь на стены.

Темные мошки в глазах мельтешили плотным туманом и не давали отчетливо видеть. По полу перекатывались волны крупной дрожи, как будто каменное чудовище играет мускулами. По стенам змеились трещины, с потолка летела какая-то крошка, падали картины. Дом ходил ходуном, скрипели каменные блоки, трущиеся друг о друга.

Дети, мне нужно быстро найти детей.

— Мей, Арья, — я пыталась кричать сорванным голосом, в надежде, что дети меня услышат и откликнуться, — Где вы?

Плутание по содрогающимся коридорам продлилось несколько мучительно долгих минут.

Наконец, вдалеке послышались детские голоса.

— Мы тут! Здесь! Дверь заперта!

— Эй, слышите меня? — я дергала за ручку, но дверь, не поддавалась. Заперто. Черт, возьми.

Дом в очередной раз тряхнуло, да так, что и без того ослабевшие ноги подкосились, и я упала.