Чужое зверье

"

"– А вот и нет! – заликовал молодой, а потом понизил голос до едва слышного шепота. – Фашисты обещали «Голубчику», что если удачно совершит диверсию, то они его в немецкую армию зачислят. А после войны переправят жить в Германию. Никаких расстрелов, наоборот, будет жить в почете и уважении. Это он Акимке проговорился, когда тот ему третьего дня чуть рожу не разбил. Акимка хотел уйти от нас, тоже надоела ему жизнь болотная, в город решил на заработки податься. Москву, Ленинград сейчас освободили, война далеко, а вся милиция на фронте служит.

Вот где для нашего брата блатного раздолье. Я бы тоже вернулся назад, чего тут околачиваться. Ну вот «Голубчик» Акимку и уговорил, чтобы тот кулаки не распускал и не убегал. Что к немцам в Германию жить поедут, тогда можно не бояться, что к стенке поставят или в лагерь в Сибирь сошлют.

Зубастый надолго задумался, а потом возмутился:

– А мы-то куда? Чего сидеть тут, в Германию чтобы отправили? Так мне туда не надо. Лучше за решетку, чем с фрицами якшаться.

Я вор и вором помру, мне эти шашни ни к чему. – Но тут же спохватился: – Ты, «Малой», про наш разговор молчи пока. Я покумекаю, как нам дальше жить-бытовать. А потом вместе дернем отсюда, раз «Голубчик» к фрицам переметнулся. Пока делай, что он велит. Голова-то у него варит хорошо, быстро сообразит, что мы с тобой замыслили что-то.

– Это точно, – зевнул молодой бандит. – Ловко он выдумывает. То рожи мелом измазать, чтобы пугать всех. Они как рты разинут, так не то что ограбить, можно чаю испить успеть.

Помнишь, как крестился красноармеец тот, который увидел нас? – он залился смехом. – Думал, что привидения к нему явились.

– Эх, – посетовал его пожилой собеседник. – Головастый наш «Голубчик», да не туда ум свой направил. То по сараям собираем железяки, то шалаши строим. Ну что за жизнь, совсем не по-воровским правилам это.

Алексей едва сдерживал дыхание, его всего трясло от волнения. Так вот значит, где он – прямо в логове Белой банды. И теперь ему ясно, как произошли нападения и грабежи.

По указанию немецкого агента старался «Голубчик», выполнял задания, чтобы выторговать себе жизнь в безопасности за границей, подальше от советского государства.

Савельева так всего и трясло, он ворочался с боку на бок. И, хотя хотелось пить и мучал голод, он не вставал. Думал лишь об одном: как теперь ему связаться с майором Давыдовым и сообщить все разведанные сведения.

Глава 8

Очнулся от чуткого сна Алексей от осторожных шагов снаружи.