Чужой среди своих 2 (СИ)

— Гости у них, блять… — клокочущее сказал и тут же заорал:

— Почему без спецодежды⁉ Я сколько раз говорил: пришёл на работу, одень спецовку! Здесь, блять, ГУМ, и если комиссия…

— Саня, да ты…. — начала было тётка, ошарашенная таким напором не меньше моего.

— Где, блять, спецовка⁈ — не слушает её бригадир.

— Я… это, на дебаркадере, кажется… — пячусь от него, — сейчас принесу!

Опалив меня взглядом, в котором читались вечные муки, он пошёл, почти побежал, к выходу, а я поспешил за ним.

— Ну, где⁈ — дойдя до дебаркадера, спросил он, резко повернувшись ко мне.

— Здесь… должна быть, — мямлю я, отступая на несколько шагов, — оставлял…

Я уже всё понял, но никак не могу поверить, что этот весёлый и жёсткий мужик, такой классный и справедливый, и есть та самая сука…

— А… вон, — нахожу наконец спецовку, — мужики, наверное, переложили!

Схватив её, он смотрит на меня бешеным взглядом, замерев, а потом начинает орать что-то про малолетних пиздюков, которые не ценят…

— … и по карманам ещё надо проверить! — с этими словами он и в самом деле начинает шарить по моим карманам, и, не найдя искомого, приходит в бешенство, швыряя куртку мне в лицо.

Любовь, комсомол… Гехалуц⁈

Водитель ловко подкатил к самому подъезду и остановился, не глуша тихо работающий двигатель. Сразу, не дожидаясь команды, откидываю борт, придержав его, чтоб не лязгал, и начинаю подавать вещи отцу, уже стоящему на асфальте. Две минуты, и все наши пожитки неопрятной кучей громоздятся у подъезда, а отец, поблагодарив водителя, отпустил его.

— Ой, вы же Савеловы, да? — близоруко щурясь, поинтересовалась у нас полная немолодая женщина с болезненно толстыми, распухшими ногами, вышедшая из подъезда, и на ходу запахивающая на необъятной груди несколько выцветший халат китайского шёлка.

— Да, Антонина Львовна, — закивала мама, улыбаясь очень сладко, — переехали наконец!

— Ой, как хорошо-то! — заулыбалась в ответ женщина, — Ну давайте, что ли, я вещи посторожу! Помочь, уж извините, ничем пока больше не могу, не с моими ногами.

— Спасибо! — отозвалась мама, прижав руки к груди и немножко, на мой взгляд, переигрывая в сценке «Первое впечатление, произведённое на соседей», — Это очень кстати!

— Миша, познакомься! — представила она меня, — Это Антонина Львовна, наша соседка!

Раскланиваясь, сообщаю, что мне очень, ну просто невообразимо приятно…

— Антонина Львовна сейчас на пенсии, а раньше в музыкальном училище преподавала, — закончила представление мама, поглядев на меня не без толики гордости.