Я не хотел становиться ни подопытной мышкой под дотошными взглядами исследователей, ни мумифицированной головой с глазами пуговкой над камином у охотников за редкостями. Нет, существовал еще один вариант — признаюсь, что я абсолютный маг и меня тут же возведут на пьедестал почета, дадут много-много денег и будут подкладывать каждый день по новой женщине, чтобы заиметь от меня маленьких абсолютных магов.
Ага, ага…сейчас… побегут, роняя тапки. Если бы в этом теле был Демидов юнец, то вполне возможно он бы понадеялся на такой вариант и побежал признаваться и каятся.
Но я-то старый, битый жизнью перец, и абсолютно не верю в людей и их толерантность. Запомните — нет никакой толерантности, и никогда не было. Каждый человек друг — другу волк и живет по закону джунглей, где много-много злобных диких обезьян. И толерантность придумали, чтобы сподручнее кушать других, прикрываясь словами о человечности. Поэтому я буду молчать как рыба об лед о своей необычности и уникальности.
Я снова потянулся к куску курицы — наконец-то поесть и снова замер.
Мне в голову пришли две о-о-очень интересных мысли.
Первая мысль это то, что если я смог у себя увидеть столь необычный источник, то мой секрет уже никакой не секрет для других магов⁈
Следом мне пришла вторая — с чего бы вдруг Белоусов заговорил о каком-то артефакте определения⁈ Это значит, другие маги не видят источников у других, если пользуются этим костылем-артефактом⁈ Или что?
Выходило, что не видят! И в памяти Демидова четко говорилось, что определении о наличии магии у человека, читай инициированного источника, проводилось на артефакте-определителе.
Только так и никак иначе!
Я тихо выдохнул. Выходит, моя уникальность не только в цвете источника.
А еще в чем? И чем это мне может помочь или навредить? Я остро нуждался в информации. Очень-очень нуждался. Книги, прочтенные Демидовым, ответа мне дать не могли. Не было в них нужной мне информации.
Я вздохнул… Все-таки какая чудная вещь у меня была в другом мире и в другом столетии — интернет.
Сядешь, понажимаешь на клавиши или проговоришь на телефон, и та информация, которую ты ищешь вот она — лежит перед тобой. А здесь… Я так понимаю информация, которая мне нужна в лучшем случае есть в императорской библиотеке, куда пока мне ходу нет. Значит нужно набраться терпения и затаиться.
Я заглотил кусок курицы и потянулся к следующему — курица сама себя не съест. Одно плохо — квас уже нагрелся.
Где-то через полчаса появился тот же боец, забрал поднос и ушел.
