Когда же это он видел ее в последний раз, сколько лет назад?.. Вера, правда, присылала потом фотографии. Ну да, она!
– Привет, – пробормотал растерянно. – Ты какими судьбами?! С мамой что-нибудь?..
– Нет, с мамкой все хорошо, кланяться тебе велела, – сообщила Катя. – Я к тебе жить приехала.
– Чего?! – не поверил ушам Родион."
"– Чего-чего! Жить, говорю, приехала! – раздраженно повторила дочь, проходя в гостиную и деловито озираясь. – Ничего себе! Какая зала огромная! Прям как у нас в школе спортзал!
Швырнула сумочку, схватила из вазы яблоко, с восторженным видом заглянула в камин, открыла антикварную шкатулку, стоявшую на каминной полке…
– Слушай, – с трудом произнес ошарашенный Родион, – подожди, ты объясни, а как со школой?
– Ну, восьмилетку я ж закончила, – небрежно ответила Катя, – а в девятый класс надо в соседнюю деревню в школу ходить.
Очень надо, знаешь ли: пять километров туда, пять километров обратно! Автобус все время ломается.
Я за месяц ботинки все разбила.
Она плюхнулась в кресло-качалку, деловито смотрела на отца:
– А ты чего приуныл, папка? Тебе же лучше: деньги присылать не надо. Можешь мне сразу в руки давать.
– Да… – Родион раздраженно затянул пояс халата. – Вся в мать! Характер такой же бедовый… Так, есть хочешь?
Катя мотнула головой:
– Не-а. Я б поспала.
– Вот диван, – показал Родион. – Пару часов покемарь, пока все проснутся. Там разберемся. Сейчас плед принесу.
Он ушел наверх, а Катя, прикрывшись пледом, принялась за огромную виноградную кисть, которую нашла на кухне.
Ну да, что она, дура – тратить время на сон, когда можно виноградику на халяву натрескаться? И до чего же здорово, что у нее теперь вся житуха будет на халяву! Папке она спуску не даст. Бросил дочку на произвол судьбы – теперь пускай наверстывает упущенное!
Вдруг до нее долетел звук поворачиваемого в замке ключа.
Интересненько… Кто это может быть?!
Катя кинулась на диван и закрыла глаза.
Лиля ушла от Германа на рассвете. Он еще спал. Она поцеловала его голое плечо, потом с улыбкой посмотрела на карандашный портрет какой-то очень красивой женщины, висевший на стене. «Неужели это я? Какая счастливая!»
Это ощущение счастья не покидало ее всю дорогу до дома.
Было тихо. Похоже, все еще спят. Значит, можно проскользнуть к себе в комнату и избежать встречи с Родионом и его разъяренных расспросов.
