– А то! – рассердился Говоров. – Не засиделся ли ты в своей партшколе, Дементий? Хочу, чтобы ты взял на себя потребкооперацию. А то, вишь, они мне рапортуют, мол, все в ажуре, а на поверку выходит – сам видел! Начальника их я уже погнал, к лешему, за плохое и неумелое руководство.
– Да ты что, – растерялся Шульгин, – я ничего в этом не понимаю!
Говоров презрительно хохотнул:
– Нет таких крепостей, Дементий, которые не взяли бы большевики! Разберешься! Хозяйство у нас огромное: семьдесят девять потребобществ. Почти полтыщи магазинов, ларьков, лавок…
Шульгин порывался что-то сказать, но остановить Говорова было невозможно:
– …тридцать девять предприятий общественного питания.
Базы, хлебопекарни! Пятнадцать лет, как война закончилась, а мы вот только-только выходим на довоенный уровень! А народ должен жить хорошо!
Говоров почти кричал, и Шульгин поглядел на него изумленно: такого пыла он не ожидал.
Однако не согласиться было трудно.
– Должен, – кивнул он.
– Вот! – воскликнул Говоров с таким торжеством, словно только что лично доказал здесь, в своей персональной «Волге», как минимум теорему Ферма.
Но тотчас сбавил тон: – Подумай, Дементий, я тебя попрошу.
Уставился в окно и буркнул:
– С женой посоветуйся…
Шульгин подавил тяжкий вздох и повторил насмешливо:
– С женой? О Тасе хочешь спросить? В институт поступила. На филфак.
Говоров резко отвернулся от окна и уставился на Дементия, чуть ли не с ужасом переспросив:
– Куда?!
– Туда же, – кивнул Шульгин.
Он отлично понимал, с чего так перепугался Говоров.
Ведь Лиля тоже училась на филфаке. Правда, Тася была еще только на первом курсе, да и то – на заочном отделении, однако все равно – случайной встречи рано или поздно не миновать.
Шульгин отлично понимал, что ради такой встречи, ради того, чтобы хоть изредка видеть дочь, Тася и пошла учиться.
– Да… – протянул Говоров. – Привет ей передавай.
– Передам, – кивнул Шульгин.
– Тебя куда, домой? – угрюмо спросил Михаил Иванович. У него всегда портилось настроение, когда он спрашивал Шульгина о Тасе.
А не спрашивать не мог…
– Нет, к партшколе, если не трудно, – попросил Шульгин. – У нас, видишь ли, сегодня вечер…
И тут же прикусил язык. Ох и болтун…
Сейчас Миха прицепится.
Ну, а как же, так и вышло!
– А я смотрю, что это ты при таком параде… – протянул Говоров. – А Тася что, не идет с тобой?
Вот же… все насквозь видит! И какая надежда в глазах…
– Разумеется, идет! – сухо ответил Шульгин. – Она вообще уже там. На такси приехала и ждет меня.
