Чужой отчим

Я касаюсь члена языком и наслаждение подергивает щёку Захара, заставляет приоткрыть рот и впиться взглядом в мои губы, что обхватили этот невероятный ствол.

Его член достиг последних границ моего горла. Но он всё пробивает и пробивает себе дорогу, как будто я не человек, а резиновая кукла, в которую можно запихнуть всё до конца, вместе с яйцами.

Это кажется мне обидным. Хочу попробовать сопротивляться, но боюсь. Захар так настойчив, что кажется это и есть та жертва, которую он согласен принять, чтобы меня простить.

А он толкает всё сильнее. Я раскрываю рот широко как могу. И вроде есть в этом что-то приятное.

Чувствую, как колени мои раздвигаются, воздухом наполняется промежность, начинает дышать и независимо от моего желания требовать удовольствия. Неизвестно ещё, будет оно сегодня для меня, или нет.

Сегодня мне придётся работать на то, чтобы доставлять удовольствие ему. А я и не против, только не согласна на преумножение моих способностей. Пусть не думает, что я кашалот…

Но когда он потихоньку накрутил мои волосы себе на кулак и стал действительно глубоко запихивать свой член мне в рот, я реально чуть не блеванула, в один из таких заходов.

– Давай, открывай шире, обхватывай, – говорит он, и я делаю так, но блин чем дальше, тем хуже.

Не могу, он такой большой.

Я старалась, очень старалась, но в какой-то момент он засунул его так глубоко, что я с силой толкнула его и попыталась высвободиться.

Это уже слишком. Он что не чувствует границ дозволенного?

Закашлялась, упёрлась ладонями Захару в ноги и стала толкать, сопротивляться.

Я дернулась так сильно, что стало больно и я отскочила и закричала:

– Я не могу! Не могу больше! Не хочу! – меня дергало от конвульсий и рвотного рефлекса.

– Черт!

Он жестко дернул меня за руку и за волосы, что всё ещё держал в своей руке. Дернул так, что даже мозги мои наверное перемешались в голове.

Потом толкнул на кровать и мне ничего не оставалось, как упасть и раздвинуть ноги.

– Ах! – выдохнула в его рот, который тут же накрыл мои губы.

Пусть лучше так. Пусть оттрахает меня и придавит. Я согласна на всё, лишь бы не запихивать член к себе в рот. Где это видано, чтобы такая маленькая и миленькая девушка, как я запихивала эту огромную штуковину себе в рот.

Движения его мощные настолько, я чувствовала его злость.