— Он записывал реальные имена клиентов?
— Представляешь — да, — кивнула Белла. — Сказал, что надеялся потом их шантажировать, если решат соскочить.
— А как он узнал Литу? Она никогда не была дурочкой и не стала бы приходить к наркоторговцу без иллюзорного амулета.
— О-о, а это вообще самое интересное, — усмехнулась министр здравоохранения. — Как говорится, кто кого перехитрил. Да, амулет у неё был, и мощный. Но у этого парня оказался очень дорогой родовой артефакт, который достался ему от его собственного дедушки — одного из альганнских аристократов.
Наш наркоторговец, видишь ли, бастард, как и ты. Вот дед ему и подарил очки, при помощи которых видишь сквозь иллюзию. Лита вроде бы и сама маг, но, по-видимому, не почувствовала влияние родовой силы, или почувствовала, но не догадалась, какой она природы. Не поняла, что её видели и взяли «на карандаш».
— Очень интересно, — пробормотал Роланд, чувствуя неожиданный азарт. Словно нащупал тонкую ниточку, за которую можно было распутать весь клубок. — Два вопроса, Белла.
Почему рассказываешь мне об этом именно ты, а не безопасники?
— Потому что из них об этом никто не знает. Ты думаешь, я дура, не понимаю, что происходит? — скептически фыркнула айла Виторгус. — Вокруг тебя и Огдена зреет куча заговоров. Престол находится слишком в шатком положении, вот и развелось тут… мечтателей о власти. Как будто власть — просто вкусная конфета, и никаких обязательств. Так вот, я сама обнаружила блокнот этого парня, когда после задержания осматривала его кабинет.
Безопасники тоже смотрели, но они искали запрещённые вещества, а я обратила внимание ещё и на блокнот. Ну и попросила о приватном разговоре министра безопасности. Сказала, что есть личный интерес в этом деле. С наркоторговцами такое бывает, — улыбнулась Белла. — Мартин позволил поговорить, я и выпытала. Попросила только этого мальчика безопасникам ничего не рассказывать — мало ли? Решила, что сама тебе расскажу. А ты уж думай, важно это или нет.
— Второй вопрос — что за вещества покупала Лита?
— Правильный вопрос, — кивнула Белла и протянула канцлеру сложенный бумажный лист.
— Вот тебе список. Хорошая запрещёнка, крепкая. Для подавления воли подходит идеально. Для этого она и используется, не для удовольствий. Лита точно всё это сама не употребляет — такое покупают не для себя, а для другого человека. Когда нужно, чтобы он слушался, чтобы инициативы не проявлял. Интересно, да?
— Да, — признал Роланд, разглядывая список. Небольшой, но очень говорящий.
