Носитель Венца должен быть сильным магом. Восемьдесят магоктав — это ни о чём, поэтому ни меня, ни Адриана — это мой старший брат — не готовили как наследников. Так вот, возвращаясь к моему партнёру по танцам… Его зовут айл Риан Ортего, он один из членов моей свиты. Артефактор. Я… — Ресницы принцессы дрогнули, и на её лице вновь расцвела какая-то шальная улыбка. — Я его с детства знаю. Поэтому радуюсь, что со мной поедет хотя бы один близкий человек…
Роланд встревожился. Мало того, что у Огдена есть дама сердца — если ещё и Анастасия привезёт в Альтаку мужчину, который к ней неравнодушен, это будет маленькая катастрофа.
Или большая.
Хотя она в любом случае привезёт. Его. Но одно дело — канцлер, и совсем другое — вот этот юный хлыщ.
— Ваше высочество, я надеюсь, речь не идёт о чём-то ином, кроме дружбы?
Принцесса почему-то развеселилась, фыркнула даже.
— Нет, канцлер, я обещаю, ни о чём ином! А знаете что?.. — Анастасия вдруг взяла его за руку. — Я хочу ещё танцевать! Вы будете?
— Если вы желаете, то конечно.
— Прекрасно! — восхитилась взбудораженная девушка и вновь вскочила с пуфа, почти таща за собой Роланда.
А спустя полминуты, когда они встали в круг, выяснилось, что совсем рядом танцует император, и канцлеру показалось, будто он смотрит на Анастасию с мягкой понимающей улыбкой, лукаво поблескивая глазами.
Но Роланд моргнул — и это выражение исчезло с лица императора. Скорее всего, действительно почудилось.
Анастасия
Остаток вечера прошёл чудесно.
После того как она узнала, что брат жив, Анастасия сама почувствовала себя заново рождённой. Жив — значит, не виноват! Значит, хоть кто-то из её семьи не предатель!
Эта мысль заставляла сердце биться чаще, а глаза сами собой наливались горькими слезами. Анастасия даже не понимала по-настоящему, сколько боли причиняло ей знание, что они все — и мама, и отец, и даже Риан — участвовали в заговоре против дяди Арена. Отец всё организовывал, убил кучу народу, хотел убить императора… Мама после его смерти помогала заговорщикам получать сведения из дворца… И какое же облегчение, что Риан ни при чём! Его гибель и последующее обвинение — спектакль, это Анастасия теперь понимала ясно.
Зачем подобное было нужно, она даже рассуждать не хотела: это дела императора. Главное, что Риан жив!"
"Не терпелось с ним поговорить, но Анастасия осознавала, что сделать это получится не скоро — слишком много всего нужно успеть до отъезда в Альтаку.
