У работающего неподалеку садовника Баррит попросил ножницы, чтобы срезать розы, и мисс Найт была так любезна, что сама указала джентльмену, какие цветы должны понравиться Имоджин. Перед самым уходом Баррит срезал еще один цветок сверх того, что уже собрал для мисс Грейстоун, и смущенно протянул Филлис большую темно-красную розу с глубоким, сильным запахом.
— А это для вас, мисс Найт.
Филлис приняла этот дар молча, но ее взгляд был таким выразительным, что бедный Чарльз Баррит мучительно покраснел и поторопился вернуться в дом и отвлечься бесполезным разговором, лишь бы только не задумываться, что означал этот взгляд — одну лишь благодарность за любезность или нечто большее?
Увы, даже самый заурядный молодой джентльмен порой способен искренне верить, что им может увлечься самая красивая и гордая девушка, и мистер Баррит ни на мгновение не заподозрил притворства.
Надо отдать должное мисс Найт, игра все больше поглощала ее, привносила все больше подлинного чувства в ее слова и взгляды.
Так всегда бывало, когда Филлис увлекалась очередным своим поклонником, но впервые она пыталась заставить себя увлечься и, кажется, преуспевала в этом.
На террасе Филлис ожидал неприятный сюрприз в лице мистера Уилтона. От его пронзительного взгляда не укрылось ни беспокойство Баррита, ни цветок в руках мисс Найт.
— Чарльз! Где ты пропадаешь? — воскликнул Уилтон и словно только что заметил Филлис. — А, мисс Найт…
— Мисс Найт помогла мне выбрать розы для мисс Грейстоун, — пояснил Баррит.
— Зачем ты меня искал?
— Моя сестра предлагает развлечься какой-нибудь игрой, в библиотеке мистера Грейстоуна есть занятные образцы, но не может решиться, что именно выбрать — разрезную карту или «Охоту», а может быть, «Слона, замок и путешествие в Азию».
— Боюсь, я не силен ни в картах, ни в охотничьих терминах, — сознался Чарльз Баррит. — Мисс Найт, а что бы выбрали вы?
— «Парижские миниатюры», — не задумываясь, ответила Филлис.
— В детстве мы часто играли в нее с Имоджин, правда, моя кузина очень плохо запоминала правила этой игры…
— Миниатюры — игра для девочек, — пренебрежительно фыркнул Уилтон.
— А мы и есть девочки, вернее, были ими, — Филлис постаралась, чтобы ее голос не звучал резко, ради мистера Баррита.
— Что ж, в таком случае джентльмены могут поиграть в «Охоту», а дамы заняться миниатюрами, — Баррит поспешил примирить обе стороны.
