Цирк проклятых

– Да, я.

– Ты вроде запыхалась?

– Пришлось бежать к телефону. Что случилось?

– Я вспомнила, откуда я знаю Кэла Руперта.

Мне понадобилась минута, чтобы вспомнить, о ком это она. О первой жертве вампиров. Я на секундочку забыла, что идет расследование убийства. Мне стало стыдно.

– Рассказывай, Ронни.

– Я в прошлом году делала одну работу для некоторой адвокатской конторы. Один из сотрудников специализировался по составлению завещаний.

– Я знаю, что Руперт оставил завещание. Поэтому я имела право проткнуть его колом без ордера на казнь.

– А ты знаешь, что Реба Бейкер составила завещание у того же адвоката?

– А кто такая Реба Бейкер?

– Может быть, вторая жертва.

У меня стеснило грудь. След, настоящий, живой след.

– Почему ты так думаешь?

– Реба Бейкер молодая, блондинка, и она пропустила встречу. По телефону не отвечает. Ей звонили на работу, и там ее уже второй день нет.

– Столько времени прошло после ее смерти, – сказала я.

– Именно.

– Позвони сержанту Рудольфу Сторру. Расскажи ему то, что сейчас рассказала мне.

Назови мое имя, чтобы тебя с ним соединили.

– А ты не хочешь, чтобы сначала мы сами это проверили?

– Ни за что в жизни. Это дело полиции. Они его умеют делать. Пусть отрабатывают свою зарплату.

– Ну, с тобой не повеселишься.

– Ронни, позвони Дольфу. Отдай это полиции. Я видела вампиров, которые убили этих людей. Не надо нам изображать из себя мишень.

– Ты видела – кого?

Я вздохнула. Совсем забыла, что Ронни ничего не знает. И я рассказала ей самый короткий вариант, который еще имел смысл.

– Я тебе все расскажу подробно в ближайшую субботу на тренировке.

– А что будет с тобой тем временем?

– Пока что я еще жива.

– Ладно, следи только, что у тебя за спиной.

– Всегда. И ты тоже.

– За мной никогда не гонялось столько народу, сколько за тобой сейчас.

– И скажи спасибо.

– Говорю.

Я повесила трубку.

У нас был след. Может быть, даже картина, если не считать нападения на меня. Я в картину не укладывалась. За мной они гонялись в поисках Жан-Клода.

Всем нужно его место. Проблема тут в том, что с этого места не уйти в отставку – можно только умереть. Мне нравилось то, что сказал Оливер. Я с ним была согласна, но могу ли я принести Жан-Клода в жертву на алтарь здравого смысла? А, черт побери все!

32

Кабинет у Берта был небольшой и окрашенный в бледно-голубые тона. Он считал, что это успокаивает клиента. Я считала, что этот цвет слишком холоден, но с Бертом это тоже гармонировало.