– Или вы думаете, что это просто цирк?
- О, нет! Это дальновидный политический ход! Нынче вся столица скорбит вместе с вами! Все сочувствуют вашему горю! Мы даже флаги приспустили! – бегал вокруг меня мистер Кингкнайт.
Я схватил газету, видя себя, стоящего возле развалин. Огромный заголовок впивался в глаза: «Даже драконы могут плакать!».
С недоумением я пробежал глазами первую строчку.
- Губы принца дрожали, а в глазах стояли слезы, когда он давал нам интервью! - прочитал я. – В его глазах читалось: «Ах, если бы я мог ее спасти!».
Сразу после полета, принцесса уселась в карету и была поймана в объектив камер…
«Помни, тело еще не нашли!», - подумал я, видя портрет на странице газеты. Это была фотография с нашего первого интервью.
Я уже хотел яростно смять газету и бросить на пол, но меня остановил портрет.
Такая грязненькая, такая недовольная, так бедно одета. Это была фотография, где ее руки лезли мне в карман.
- Найдено тело принцессы! – послышался крик в коридоре.
Я вздрогнул, а слуга влетел в комнату.
Мистер Кингкнайт бросил взгляд на меня, а я на слугу. Под тяжестью взгляда, он стушевался и побоялся сказать…
- Тело… - бросил он, вжимая голову в плечи. – Нашли…
Мистер Кингкнайт выдохнул, а я закрыл глаза и сжал кулаки. Надежда, которая сиюминутно вспышкой промелькнула внутри, погасла беспросветным мраком.
- Где тело? - спросил я. Но мой голос дрогнул.
- Там… Ну, впрочем, вы… - начал слуга, поглядывая на мистера Кингкнайта и отца.
- Не думаю сын, что тебе стоит это видеть! Иди в свою комнату и отдохни! – потребовал отец.
– Приказ! Принцу ничего не говорить! Не сообщать! Под угрозой смертной казни!
Отец посмотрел на меня. Дверь за мной гулко закрылась. Моя комната встретила меня роскошью. Я перевернул столик, потом кресло, чувствуя, как меня заполоняет горе.
В дверь послышался робкий стук, на который я обернулся. В комнату вошла мама.
- Сынок, - прошептала она. – Я… Хотела бы кое с кем тебя познакомить! Помнишь ее? Она тебе очень понравилась на Дне Прошения!
Позади мамы маячила та самая блондинка, которая уже один раз рассказывала про нашу бурную ночь, которой не было.
Она скорбно опустила глаза и прошептала: «Мне очень жаль, что так случилось, ваше высочество! Я пришла принести вам соболезнования…».
- Собирай свои соболезнования и уноси их обратно! – хрипло произнес я.
- Ах! – послышался возмущенный голос мамы, когда я молча выставил девицу за дверь.
