Contra spem spero

— Динамический если только. Приблизительный.

— Это понятно, что номер дома и квартиры они вряд ли выдадут. Но какова погрешность?

— Страну — стопроцентно. Регион — думаю, тоже не проблема. Населенный пункт… если будет покрупнее хутора, город — однозначно. Точнее локализовать — вряд ли сумеем.

— Город — это как раз то, что нам надо. Даже если это окажется Берлин или Лондон.… Действуй! За сутки твои управятся?

Крапивин пожал плечами.

— Обижаешь, Левченко. За шесть часов, думаю, сделают!

— Хорошо. Тогда домой я сегодня не поеду — буду ждать результат.

Очень, ты понимаешь, хочется знать, куда у нашей элиты нынче принято бежать с награбленными народными деньгами…

Мда-а-а, февраль здесь — уже весна…. Дома, поди, снега по пояс, метели, морозы — а здесь уже почки набухли, ветерок, хоть ещё и холодный — уже здорово голову кружит, земля живым духом пахнет…. Весна! Хотя здешние тётки и кутаются в меха — но это, по ходу, понты, желание пустить соседкам пыль в глаза; при плюс пяти прятаться в норковую шубу — излишне.

Как там мои? Герда знает, что он жив — письмо он высылал на Сашкин ящик, он первым был в памяти телефона. Небось, места себе не находит… хоть бы наши ей чего-нибудь наплели правдоподобного, типа, жив-здоров, выполняет важную работу, выйти на связь не может по оперативным причинам… что-нибудь в этом роде. А всё равно будет рвать сердце — чувствует, что ему здесь несладко, как в том фильме говорухинском — «баба, она сердцем чует». Правильные слова говорил Горбатый — несмотря на то, что бандит и головорез.

Герда, моя милая Герда, не тревожься, я всё равно вернусь к тебе, к нашим детям — всем смертям назло, как писал Симонов… всё же «Жди меня» — бессмертные стихи, непревзойденный образец военной лирики, такого сейчас не пишут…. Да и кому писать? Нет в нынешнем мире верных и преданных женщин, вымерли, как мамонты… его Герда — из последних. Нонешние всё больше на бумажник внимание обращают — им глубоко плевать, какова у тебя душа…. Уходит из жизни современного мира любовь, уходит…. Жаль. До боли душевной жаль — а сделать ничего нельзя… уж такой нынче мир — холодный и расчётливо-прагматичный. Дураки, они думают, что деньги гарантируют счастье… ни черта они не гарантируют! Вон, этот Тевзеев беглый, что казённые суммы спёр — счастлив он? Вряд ли…. Сидит где-нибудь в испанском захолустье, лишнюю сотню евро потратить боится, чтобы не засветиться… Это жизнь? Дерьмо это, а не жизнь.