Cудья и палач

Он еле стоял на ногах. И упал бы, если б не держался одной рукой за покосившийся крест ближайшей могилы. В другой руке у него был пистолет. Он был слаб, на грани обморока. Но «Макаров» держал твердой рукой, и во взгляде сила.

Виталий готов был выстрелить в любое мгновение. И он не промажет.

Шлыков сразу понял это.

И все же он медленно начал поворачиваться к нежданному противнику.

– Я сказал, брось «пушку»! – И такая ненависть вспыхнула во взгляде Болотова, что Шлыков разжал пальцы.

Его пистолет упал на землю.

– А теперь развяжи его. – Виталий повел «пээмом» в сторону Степана.

И обнажил взгляду желтый ярлык на стволе. Такие наклейки бывают на детских пистолетах.

Неужели «Макаров» не настоящий, а всего лишь пневматическая дешевка?

Если так, то Шлыков не должен был заметить это. Но он заметил. И рассмеялся.

– Ну, не ожидал я от тебя, Виталик, такой пакости!

– Чему радуешься, придурок? – Болотов не понимал причину веселья.

– Эту игрушку, – кивнул Шлыков на его пистолет, – я у этой сучки забрал… Он показал на Катю.

– Да? Это интересно… – усмехнулся Виталий. Он целился в Шлыкова, но тому не было страшно.

– Брось «пушку», Виталик. Видишь, я же бросил… Давай наше детство вспомним, на кулаках сойдемся… Ты же всегда меня побеждал. Сейчас моя очередь…

– Ты видишь, я еле на ногах стою. С твоей, гад, помощью… А потом, я не люблю американские боевики…

– Ну тогда посмотри наш, российский…

Шлыков омерзительно улыбнулся и нагнулся за своим пистолетом.

– Я знаю, Гера, что ты всегда был полным идиотом, – сказал Виталий.

– А разве это не так?

Шлыков взял свой пистолет в руку.

Виталий нажал на спусковой крючок.

Грохнул выстрел – пуля попала Шлыкову в грудь.

Тот захрипел и непонимающим взглядом уставился на Болотова. Он все еще не мог поверить, что пистолет у него был настоящий.

– Хватит, не стреляй! – крикнул Виталию Степан. Но было уже поздно.

Вторая пуля угодила Шлыкову в голову.

– Ну вот, и кончен бал, – прошептал Болотов и опустился на землю одновременно со своим извечным врагом.

Люба рванулась к нему.

– Стой! – остановил ее Степан. – Развяжи меня…

И она принялась лихорадочно распутывать узлы. Только ничего не получалось. Покойный Шлыков связал его достаточно крепко.

– Нож возьми, у меня в кармане, – сказал Степан.

Через несколько секунд он получил полную свободу. Забрал у покойника пистолет и с ним побежал по следам Аллы. Где-то неподалеку работала машина.