Cудья и палач

По дороге у Николая сломалась машина. Хорошо, у его водителя золотые руки. Он устранил неполадку. Только это затянулось минут на пятнадцать. В аэропорту они были без двадцати десять.

– А ваш подопечный ушел! – с порога объявил человек, которого Марков просил поработать с Болотовым.

– Что, не успели? Я же говорил, нужно поторопиться. Ничего, мы его из самолета вытащим. – Николай не видел повода отчаиваться.

– Это же элементарно, – сказал Степан. – Сейчас кое-куда звякнем и скажем, что в самолете бомба…

– Какая бомба? – покраснел милиционер.

– Как это убежал? – Маркову едва не стало плохо.

– Взял да убежал. Видно, опасный преступник… Зато мы задержали его сообщницу. Она сейчас наручниками к батарее прикована…

– Какую сообщницу? К какой батарее? – чуть не взвыл от досады Степан.

Операция по освобождению «заложницы» прошла успешно. Только это никого особо не радовало. Разве что Степана. Люба теперь вне опасности, ей больше не грозит Турция.

Степан нисколько не сомневался, что в землях турецких этот гад Болотов хотел от нее избавиться. Или утопить в теплом море, или по меньшей мере продать в какой-нибудь невольничий притон.

Марков связался со своими, доложил обстановку. С его подачи в столице был введен план «Сирена» и «Перехват». Разыскивался особо опасный преступник. Болотов Виталий Георгиевич.

– Степан, я не понимаю, что тут произошло? – Люба с трудом приходила в себя после потрясения.

– А то, что твой Болотов опасный преступник. Он убийца…

Машина шла в сторону Москвы на полной скорости. По ушам бил вой сирены: вывесить «люстру» на крышу было делом нескольких секунд.

– Боюсь, тебе придется в это поверить. У нас есть неопровержимые доказательства его вины…

Неопровержимых доказательств не было. Но они появятся. Степан не сомневался в этом.

– Узнаешь, еще успеешь… Помнишь, мы покупали тебе костюм. А еще я воровок задержал…

– Ну как же. Разве такое забывается? Я тогда чудом осталась жива.

– Чего?! – Степан аж вздрогнул от неожиданности. – С чего ты взяла?

– Я выходила из магазина, а он из своей машины как раз выходил. Мне в тот момент не хотелось встречаться с ним…

– Мы любим друг друга. Но на людях свои отношения решили не показывать… Может быть, поэтому ты и не знал, что я его любовница…

Может быть, поэтому. А скорее всего потому, что в некоторых вопросах он допускает вопиющее головотяпство.