Вид его широкой мускулистой спины, упругих бедер и тугих ягодиц вновь вызвал волну жара в ее теле. На какое-то мгновение она хотела протянуть руку и коснуться его, но тут же зажмурилась и вновь отвернулась.
Макс убеждала себя, что не видела его большого, прекрасного, нагого тела. И должна была повторить себе это несколько раз. Но она не смогла перевести дыхания, пока не услышала плеск воды, подсказавший, что теперь он, по крайней мере, хоть частично скрыт.
Макс больше не смотрела на него. Глубоко дыша, она уставилась в противоположную стену и постепенно успокаивалась.
Хорошо, что после ванны ему не понадобится бриться, ведь он это сделал еще до купания Макс. Ей стало немного легче от сознания того, что он оденется, как только помоется, а не будет стоять перед зеркальцем полуголый.
– Станем скрываться, пока Джейкоб Рид не покинет город? И у меня будет время постирать?
– Нет.
– Но он ищет тебя прямо сейчас. Ты заметил это, верно?
– Да.
– Если у него есть хоть немного мозгов, начнет проверять отели.
– Я не записывался в журнал, когда въезжал. И уже предупредил служащих, чтобы они забыли, что видели меня.
– Но все уже знают, что ты в городе, – возразила она. – Неужели ты вообразил, что они не станут хвастаться таким постояльцем?
– Люди обычно исполняют мои приказы, – обронил он.
Этому Макс могла поверить. А болтовня помогала игнорировать его наготу, поэтому она продолжила:
– Мне нужен по крайней мере день, чтобы постирать и высушить вещи. Какой смысл купаться, если приходится носить грязную одежду? Сойдет и озеро, если мы здесь не останемся.
– Можешь повернуться, Макс.
Прежде чем послушаться, она осторожно оглянулась. Мокрые волосы Дигана зачесаны назад, но он уже одет, а пистолет снова на бедре. Ей пришло в голову, что его одежду тоже не мешало бы выстирать. Конечно, у него довольно большой саквояж, но она заглядывала внутрь и видела, что он не набит одеждой доверху.
Он пристально оглядел ее, прежде чем сказать:
– Нужно найти для тебя платье, которое ты наденешь, прежде чем мы выйдем в город.
– Не стоит, – фыркнула она. – Я все равно не могу носить его в дороге, так что какой смысл?
– Я сказал: «Прежде чем мы выйдем в город».
Макс покачала головой:
– Слишком много забот, и потом ты не сказал, зачем все это.
– Чтобы не дать охотнику за головами арестовать тебя или убить.
– Я могу идти, опустив голову, как делаю всегда. Никто меня не узнает.
– Это мое решение. Не твое.
