— Насколько я знаю, ей пришлось очень трудно первое время? После того как ее жених умер и она осталась одна?
— Да, ей пришлось нелегко.
— И она не написала тебе ни слова!
Дан беспомощно рассмеялся.
— По крайней мере, теперь ты знаешь, что у нас нет детей не по твоей вине.
Маделейн удивилась.
— Как раз наоборот, теперь мне ясно, что у тебя могут быть дети, а вот у меня…
— Ты не понимаешь. У всех нас, Людей Льда, редко бывает больше одного ребенка. Было в одной семье трое детей, но это исключение. У меня уже есть ребенок и, скорей всего, больше детей не будет.
Маделейн молчала. Она рассеянно потрогала куст, на котором еще не было листьев. Потом подняла на него ясные глаза.
— Так когда мы с тобой поедем за Даниэлем?
Дан вскрикнул и обнял ее. Они плакали, прижавшись друг к другу, пока не успокоились настолько, чтобы вернуться в дом.
В тот же вечер они рассказали о том, что у Дана есть сын, всем членам семьи. После возгласов удивления и бесконечных расспросов все решили, что маленький Даниэль — самый желанный гость в их семье.
Больше всех радовалась Виллему, она тут же стала придумывать разные невероятные затеи, чтобы порадовать Даниэля. Сын ее внука, ее правнук! Доминик тоже был растроган. Его род не пресечется на Дане! Род повел свое начало с многоумного Тарье, старшего сына Аре и внука Тенгеля Доброго. Теперь Доминик был главой всего рода Людей Льда, самым старшим из его представителей. Потом шел Тенгель, его сын, за ним — Дан. И вот теперь нашелся еще один, самый младший продолжатель рода, Даниэль Ингридссон Линд!
Они тут же решили, что мальчик должен сохранить имя Ингридссон.
Оно будет напоминать о сильной и смелой женщине, которая хоть и была отмечена печатью, но победила трудности ценой собственной крови и пота.
Дан хотел поехать за Даниэлем один, но Маделейн заявила, что поедет вместе с ним. Она никогда не встречалась с их норвежскими родственниками и ей было по-женски любопытно увидеть Ингрид, к которой она, вопреки ожиданию, относилась не как к сопернице, а как к несчастной и в высшей степени достойной женщине.
Кроме того, она хотела, чтобы Даниэль познакомился с ними обоими, прежде чем покинет свой дом. И в этом она, безусловно, была права.
Дан и Маделейн пробыли в Норвегии десять дней. Задерживаться дольше они опасались из-за риска заразиться чахоткой и привезти ее в Швецию. За Даниэля бояться было уже бесполезно, им оставалось только надеяться, что он еще не успел заразиться. Во всяком случае, вид у него был совершенно здоровый.
