В серых глазах Джефферсона играли искорки, которые так ей нравились. — Здесь вы сможете заработать намного больше, чем в Доусоне. Вы можете погибнуть во время перехода. Даже индейцы считают его трудным.
— Мы планировали ехать туда с самого начала, — пожала она плечами.
— А как насчет Графа?
Бет опустила глаза. Как бы она ни злилась на Тео, она продолжала его любить. И мысль о разлуке с ним была для Бет невыносимой. Но он уже несколько месяцев не обращал на нее никакого внимания, и Бет знала, что не может рассчитывать на него.
— Он останется здесь, — сказала она с улыбкой, стараясь скрыть свою боль.
— Значит, он дурак, потому что без Джека, выручающего его из проблем, его здесь попросту убьют.
— Не может быть! — воскликнула Бет.
— Он зарвался. Многие отдали бы что угодно, лишь бы увидеть его мертвым.
— Но не вы? — встревожилась она.
Джефферсон задумчиво на нее посмотрел.
— Нет, мне Тео нравится, — наконец произнес он. — И к тому же он достаточно умен, чтобы не переходить мне дорогу.
Однако ходят слухи, и я вижу, к чему все идет.
— А вы не пробовали поговорить с ним, предупредить?
— Он не станет меня слушать. Кроме того, почему вас так волнует его судьба? Вам ведь известно, что он почти каждую ночь проводит с Долли в «Красной луковице»?
Бет словно ножом ударили. До этого момента у нее были кое-какие подозрения, но она не была ни в чем уверена.
Пышная блондинка Долли пела и танцевала в «Красной луковице». Кроме того, она работала проституткой и, по слухам, брала по пятьдесят долларов за визит.
В Скагуэе не было мужчины, который не хотел бы с ней переспать.
— Вы не знали? — спросил Джефферсон. Он обнял Бет и прижал ее к своей груди. — Мне жаль, если я причинил вам боль. Я не хотел.
Бет смахнула слезы.
— Я в порядке. В любом случае, я ожидала чего-то подобного. Полагаю, это еще одна причина, чтобы уйти отсюда.
— Знаете, я бы хотел, чтобы вы остались и стали моей девушкой. Я предоставлю вам прекрасное жилье с горничной и прочим.
Я даже могу заставить Графа убраться из этого города.
Шампанское и бархатный южный акцент помогали Джефферсону преодолеть сопротивление Бет, и когда он приподнял ее подбородок, чтобы поцеловать в губы, она не отстранилась. Поцелуй оказался таким же приятным, как и сам Джефферсон, теплым и чувственным. Бет ощутила, как нарастает возбуждение.
Целуя ее, он легко пробежался пальцами по ее шее.
