И не смейте никому говорить. Тем более ему! – Оливер сверлил нас испытующим взглядом.
– Конечно-конечно, – закивали мы с Леоном, и я спросил: – Так что сказал Ники?
Оливер насупился.
– Да ладно, мы никому не скажем. Клянёмся. Даже Оливии, – проговорил я.
Глаза Оливера испуганно округлились.
– Ей особенно нельзя говорить!
– И что сказал Николас? – повторил Леон.
– Отец вызывал его к себе, и был недолгий разговор. Не знаю, что он ему сказал, но спрашивать у отца я точно не собираюсь. И Николас тоже молчит.
– Но раз он стал твоим наставником, значит отец одобрил его кандидатуру, – предположил я.
Оливер с улыбкой кивнул.
– Ещё тут есть Роща нимф, – продолжил он. – Инициатива одного профессора.
– Роща нимф? Что-то знакомое. – Я задумался.
– Александр Македонский учился в Роще нимф у Аристотеля.
– Будь здесь Скэриэл, он бы выпал от восторга, – улыбнулся Леон.
Мы втроём переглянулись.
– Его так и нет. Он вообще появится? – спросил Оливер.
– Не знаю. – Я мотнул головой и грустно добавил, – Надеюсь, что к завтрашним лекциям появится.
Я скучал по Скэриэлу, хоть ни с кем своими чувствами не делился. Переезд и новая жизнь патриция отвлекли меня, но в минуты тишины и покоя, сидя в комнате, я думал о том, как там Скэриэл, что он делает и правда ли сможет присоединиться к нам.
– Как думаете, в какой Дом он мог попасть?
– Я думаю, что тут только один вариант – Дом Плуто, – ответил Леон.
Мы ещё немного посидели, но когда в октониуме собрались патриции всех Домов, стало очень шумно, и я предложил прогуляться до Рощи нимф, на что остальные согласились.
Поднимаясь, я болтал о своём и не заметил, что кто-то встал у меня на пути.
– Готье! – Леон попытался меня остановить, но было поздно.
Я столкнулся с кем-то из Дома Марсен и облил его остатками газировки. И этим кем-то оказался не кто иной, как Дарсериан Котийяр, один из самых неприятных людей, которых мне доводилось встречать. К слову, нашу первую встречу тоже не назвать удачной. Тогда от драки нас удержало присутствие Люмьера, которого сейчас тут не было.
– Ты слепой, или что? – прорычал он. Нет, честно, его голос был настолько низким и угрожающим, что я даже услышал в этом звериный рык.
– Прости, – главное не показать слабину, – я не специально.
– Ещё бы ты сделал это специально, придурок. – Дарсериан толкнул меня, да так сильно, что пришлось сделать несколько шагов назад, чтобы сохранить равновесие.
На нашу перепалку начали оборачиваться патриции Марсена и Соларуса.
– Он же извинился.
