Тут и там я слышал обсуждение Академии Святых и Великих, – дети многих присутствующих учились там или собирались поступать, – а также Пажеского корпуса в Септентрионе, главного конкурента Академии. Ещё обсуждали политику: как всегда утверждали, что вся Европа завидует нашей крепкой и слаженной вертикали власти, ругали врагов Октавии, несомненно желающих нам гражданской войны между чистокровными, полукровками и низшими. Уверяли: этому никогда не бывать, ведь чистокровные в Октавии – не пустое место, как в соседних странах.
Пока в столовой сервировали длинный стол, в гостиной поставили раздельные столики с бокалами шампанского, вина, сока, а из закусок там громоздились разные канапе, тарталетки, рулетики, фруктовые и сырные тарелки. По дому распространялся аромат горячей выпечки: кажется, Кэтрин и Фанни усердно трудились на кухне.
Недолго думая, я направился к ним, манимый сладким шлейфом. Стоило зайти на кухню, как от двери испуганно отскочила Фанни.
– О боже, господин Готье, простите, вы меня напугали!
– Всё в порядке? – занервничал я.
– На тебе лица нет.
– Простите, как только узнала, что у нас команданте, потеряла всякий покой.
– Фанни, хватит, иди сюда, – тихо позвала её Кэтрин.
Она стояла в кухонном фартуке около высокого трёхъярусного белого торта.
– Красиво, – присвистнул я, подойдя.
– Это только начало. – Кэтрин указала на кондитерский мешок в руках. – Сейчас я ещё из шоколадного крема нарисую тёмную материю. Господин Готье, обещайте, что попробуете и потом скажете, как вам.
Я с самого утра с ним вожусь.
– Обязательно.
– А я приготовила кексы, – поделилась Фанни. – Только никак себя в руки не могу взять. Надо их украсить, а в голове каша. Смотрите, даже пальцы трясутся! – Она продемонстрировала свою руку.
– Я говорила, чтобы ты перестала думать о плохом, – проворчала Кэтрин. – У нас много дел.
– Да как тут не думать, когда такой человек рядом?
– Команданте сюда заходил? – спросил я у Фанни.
– Нет, конечно. Да не дай бог! – Она что-то три раза шёпотом прошептала и стукнула ногой по полу – скорее всего какая-та старая октавианская примета полукровок.
– Надеюсь, что он до такого не додумается, иначе я рухну в обморок.
– Он всех нас пугает, господин Готье. – Кэтрин отложила мешочек в сторону. – Мы на всякий случай отправили Лору в домик для прислуги. Так сказать, от греха подальше. Чарли дежурит у домика, он тоже переживает.
Я впервые лично столкнулся с тем, что наша прислуга боялась чистокровного.
