— Сколько же раз ты отказывала мне и как быстро согласилась стать его женой. Сейчас тоже спрашиваешь только о Монтеро. С ним у тебя все так просто и быстро. Судя по всему, у тебя в жизни было бы все лучше, если бы рядом не было меня."
"— Вполне возможно, — сорвалось с моих губ. Слова слишком противоречивые и они далеко не то, что я хотела сказать, но эту фразу уже было не вернуть.
— Вот как? — Дамиан приподнял одну бровь.
Я ничего не ответила и он некоторое время молчал. Потом встал и пошел к выходу из комнаты. Когда Дамиан развернулся ко мне спиной я заметила, что он, кажется, снял маску и после этого подкурил новую сигарету.
А я все так же сидела на кровати и не могла унять вновь слишком быстрого биения сердца.
***
Утро следующего дня принесло новые новости. Врачи в очередной раз осмотрели меня и сказали, что мое самочувствие в норме, поэтому в моем возвращении в Испанию не было ничего страшного.
Вылет был назначен на этот вечер и, понимая, что я уже вскоре увижу своего сына, я вновь немного нервничала.
А вдруг, это все не правда и никакого ребенка не существовало?
Глава 27 Ярче
Я все никак не могла понять, откуда у Дамиана личный самолет. Даже у моего папы его не было. Вернее, это тот уровень роскоши и достатка, который являлся недоступным для семьи Агилар, но, зато он теперь имелся у Дамиана.
Я несколько раз порывалась спросить об этом, но, в итоге, весь перелет просидела молча. Разве что немного поговорила с врачом, который следил за моим здоровьем.
Дамиан все время работал и, сидя в массивном кожаном кресле, не отрывал взгляда от экрана ноутбука.
Сейчас на нем привычно была маска, но, вместо линз Дамиан надел очки в черной оправе, из-за чего казался немного более закрытым и мрачным.
— Простите, а вы случайно не знаете, почему он носит маску? — я украдкой посмотрела на Дамиана, очень тихо задавая этот вопрос врачу, который как раз подошел проверить мое самочувствие.
Мужчина отрицательно качнул головой, а я закрыла глаза и откинулась на спинку своего сиденья. Казалось, что вообще сложного в том, чтобы прямо спросить у Дамиана, об увечьях, сейчас уродующих его лицо, но я просто не могла этого сделать.
Размыкала губы, но, в итоге, не была в состоянии выдавить из себя хотя бы слово.
Зато в груди жгло с такой силой, будто в сердце вонзались раскаленные иглы.
Почему со мной происходило нечто такое? Я не имела понятия, но, порой закрывая глаза и делая глубокие вдохи, осознавала, что находиться рядом с Дамианом мне физически больно.
