— Ты ненормальный, отпусти.
— Отпущу, но ненадолго.
Вырвалась из его объятий, словила шлепок по попке, бросилась наверх.
— И спасибо за кофе, крошка!
— Хам!
В ванной немного отдышалась, быстро приняла душ, опасаясь, что Сафин появится, как обычно, когда я голая. В чемодане не нашла фен, наверное, он так и остался у Марины, одежда была мятая, а у Сафина, естественно, ни утюга, ни гладильной доски.
С любовью посмотрела на свежее нижнее белье, пришлось надеть легкое свободное синее платье, оно не выглядело мятым, собрала влажные волосы в высокий пучок.
Но как только хотела нанести немного макияжа, чтоб привести себя в порядок и не выглядеть ужасно перед одногруппниками, замерла, вглядываясь в свое отражение.
Синяк на скуле быстро спал, румянец, припухшие яркие губы, в глазах блеск, кожа гладкая. Сердце часто забилось, чтоб успокоить его, накрыла грудь ладонью.
Не хватало еще влюбиться в него.
Задержала взгляд на тонком обручальном кольце на безымянном пальце. Красивое с маленьким камушком, мне нравилось оно.
А еще нравилось то, что было между нами с Данилом ночью. Он был снова другим, или я уже сошла с ума? Нет, наглость и напор не пропали, но то, как он ко мне относился, как боялся сделать больно, как целовал, трогал, это было чем-то новым.
— Ты готова?
— Да, да, почти.
Сафин подходит сзади, обнимает, теперь в зеркале мы отражаемся вдвоем. Он высокий, широкоплечий, правая ладонь накрывает мою, на пальце, так же как у меня, блестит обручальное кольцо.
— Ты очень красивая.
— Первый комплимент за все время.
— Исправлюсь.
— Мы едем? Адвокат ушел?
— Да, дай мне пятнадцать минут. Но сначала хорошо позавтракаем и заедем в участок.
Он ушел, а я так и осталась у зеркала. Мы красиво смотрелись, нежная девушка и порочный наглец. Я ведь не могу в него влюбиться? Нет, я не должна, он похитил, обидел, ударил, изнасиловал. Он разрушил мою жизнь.
А что было бы, не сделай он этого?
Не хочу думать, не буду, не сейчас.
Надо закрыть сессию и уехать домой, а осенью как-то разберусь, найду работу, сниму квартиру, продолжу учебу. Все наладится.
Но я тогда и не предполагала, сколько еще меня ждет испытаний, и как мне будет больно.
Глава 24. Влада
— Смотрите, кого я вижу! Ткачева, ты где пропадала? До тебя было не дозвониться, что с телефоном?
— Сломала, купить не успела. Вы не видели Сорокина? Мне нужно зачет поставить, сказали, что на кафедре, а его там нет.
