Мама так любила повторять, что она обязательно меня найдет. А получается, не нашла, а украла, точнее, украл.
— Можно капучино с собой, без сахара?
Пока ждала кофе, от мыслей не удалось отвлечься, я продолжала смотреть, как Данил курит на крыльце кафе, как все еще разговаривает с адвокатом и нервничает.
— Что-то случилось?
Взяв кофе и расплатившись, вышла на улицу.
— Валера отвезет тебя в квартиру родителей, придется подождать там пару часов.
— Почему? Почему я не могу поехать с вами?
— Надо в полицию, они уже ждут.
Только сейчас увидела, что на парковке стоит полицейская машина, двое мужчин в форме ждут, поглядывая на нас.
— Не понимаю, почему, что они здесь делают?
— Просят явиться, нужно рассказать, что я делал и где был в ночь убийства той девушки, танцовщицы из клуба.
— Я поеду с тобой, ты был со мной, мы были вместе. Я же так и сказала тому подполковнику.
Начинаю повышать голос, кофе уже не хочется, выкидываю его в урну, по спине бежит горячий пот от волнения. Я верю, Данил не мог никого убить, тем более человека, который ничего ему не сделал плохого.
— Влада, послушайте, то, что вы свидетельствуете в пользу Данилы Константиновича, это хорошо, но сейчас вызывают его, а надо, чтоб все прошло менее эмоционально, вас все равно не пустят, а он будет волноваться.
Сафин не смотрит на меня, делает последнюю затяжку, выкидывает сигарету на газон, спускается по ступенькам, идет к полицейской машине. А у меня такое ощущение, что земля уходит из-под ног, и что я вижу его последний раз.
Сейчас на него повесят все грехи мира, тот жирный мент этого и хотел — вновь посадить его, и наверняка к этому причастен Минаев. Вот как раз он и может быть причастен к этому убийству, если не своими руками, так отдав приказ. А что если и своими?
— Влада, пойдемте у нас мало времен, я должен быть с Даниилом.
— Я могу подождать в кафе.
— Нет, он сказал отвезти вас на квартиру, отдал ключи, пойдемте.
Сафин уже уехал, оставив меня с мыслями и предчувствием беды, которое я гнала прочь.
Дорога до квартиры родителей Данилы заняла немного времени, я все время смотрела на брюки и пятна кофе, которыми они были испачканы.
— Вас проводить?
— Нет, я сама.
— Это ключи.
— Да, спасибо, — взяла из рук адвоката связку ключей, я помню дорогу, вышла из машины, огляделась по сторонам, старый двор, высокие деревья. Так странно, за все эти дни, проведенные с Сафиным, я была сейчас одна, и это даже не приносило удовольствия.
— Я все-таки провожу вас.
— Хорошо.
