Даниил Галицкий

Чем ближе подходил Батый к городу, тем больше росло количество воинов, приходивших Из окрестных селений. И все больше забот было у Дмитрия. Всех прибывших нужно было поставить к стенам, чтобы не сидели без дела. Ростислав помогал ему. Дмитрий назначил новых сотских. Всех, кто мог держать оружие, послал в сотни. Правда, это были уже не сотни, потому что у каждого сотского было по семь и по восемь сотен, а у ворот и того больше.

Поздним вечером, когда Ростислав сидел в клети при мигающих свечах, к нему вбежал дружинник.

— Какая-то женщина из Галича. Пустили ее в ворота… Бранилась. Такая упорная, что стражники ее испугались.

Сердце Ростислава екнуло. Из Галича! Кто же это?

— Веди сюда, — сказал он дружиннику.

— К сотскому! — услыхал он за дверью голос дружинника.

Верить ли глазам? На пороге стояла мать. Роксана не могла сдвинуться с места. Больно и радостно было ей. Как похож он на молодого Иванку! Раньше она будто и не замечала этого, а после разлуки сразу бросилось в глаза. Такой же порывистый, и правую руку так же поднял и прислонил ко лбу, и взгляд родных серых глаз такой же, такие же непокорные кудри и прямой нос.

— Ива… — И сразу осеклась, едва сдерживая слезы. — Ростислав! Сынок мой!

Дружинник на цыпочках вышел и закрыл за собой дверь.

— Мамо! — бросился он к матери и обнял ее. — Мамо! Как вы сюда попали?

Так и стояли они, крепко обнявшись, и Роксана слышала, как под ее рукой бьется сердце сына.

— К тебе пришла, сынок… Не могла без тебя… С тобой буду…

Ростислав гладил ее руки, положив голову на ее плечо, как когда-то в детстве.

— Мамо! Тут будет бой, тут опасно… Я дам коней, поедете домой… Скоро татары придут.

— Не надо коней, сынок. С тобой буду. Бой меня не страшит. Я возле тебя останусь, помогать тебе стану.

Когда татары начали переходить через Днепр, Дмитрий собрал всех воинов на вече на большой площади у Софии. Только кузнецы-оружейники остались в кузницах — там они без устали ковали оружие, там и спали у негаснущих горнов, знали, что от них ждут киевляне новых мечей, новых копий.

Люди тревожатся, посматривают на стены: зачем тысяцкий собирает на вече в такой страшный час, ведь враг идет… А Дмитрий спокоен, знает, что сейчас татары не полезут, к тому же и стража зорко следит: если заметят что, дадут знать. Дмитрий поднялся на кучу камней. Сердце его возрадовалось: сколько люду собралось!

— Киевляне! — крикнул он во весь голос. — И все, кто к нам пришел! Коротка моя речь. Уже не выйти нам за эти стены. Тоурмены окружают.