Даниил Галицкий

А где все это взять? Ему тяжко смотреть, как Роксана старательно ставит заплаты на свою юбку, как бережет сорочку с вышитыми рукавами, чтобы на людях не осрамиться. А где же взять денег на сапожки? Ведь целых пять ногат нужно, да и то, хватит ли? В сердцах Твердохлеб порывисто обернулся и зацепился за гвоздь, торчавший в стене, — рубаха разорвалась от рукава до самого пояса. Он прикоснулся пальцем — да, треснула! А как же ей быть крепкой, если она в соленом поте перетлела! Твердохлеб махнул рукой — будет упрекать Ольга, ну и пусть! Не носить же в руках эту рубаху, как игрушку, — пускай себе рвется!

Он начал искать под стрехой место, куда бы приткнуть серп, чтобы не нести его домой.

— День вам добрый! — прозвучало неожиданно, и Твердохлеб оглянулся.

Почтительно склонив голову, к нему неслышно приближался сын Смеливца — Иванко. Тряхнув курчавым чубом, парень глянул быстрыми, насмешливыми глазами и подошел к двери. Сняв замок, он доверительно подмигнул и пригласил Твердохлеба в кузницу.

Твердохлеб переступил порог и остановился — из кузницы пахнуло удушливым, настоянным на ржавом железе воздухом, пылью.

— Ничего, — суетился Иванко, — я сейчас окно открою.

Он потянул за веревку — открылась деревянная створка, и в кузницу ворвалась свежая утренняя прохлада.

Словно споткнувшись о наковальню, Иванко молнией упал в ноги Твердохлебу.

Твердохлеб смутился:

— Челом бью, — заторопился юноша. — Челом бью… Роксану прошу выдать за меня замуж.

— Почему же так вдруг? Почто спешишь? Ужель не мог отец прийти к нам со сватами, как у людей делается? Встань! — сердито буркнул Твердохлеб.

Иванко мгновенно вскочил на ноги.

— Роксана сказывала, что вы надумали отдать ее в Коломыю. Боялся я — придем мы к вам, а вы скажете: «Вот Бог, а вот порог».

— Боялся! Ха-ха-ха! Ты, Иванко, ко мне зайти боялся? Да от тебя как от огня парни бегают. Ты хоть одного испугался? Хоть один тебя смог обидеть?

— Испугался. Думал, узнаете о замыслах боярина Мечислава и отвезете Роксану в Коломыю.

— Что такое? Кто сей Мечислав? — задрожал от неожиданности Твердохлеб.

— Князя Романа упрашивал Мечислав: молвил, что желает забрать Роксану в свой терем… Небеспричинно и к княгине ее поставили, чтоб жила, пока из похода вернутся. А я…

— Постой! — удивился Твердохлеб. — К княгине поставили? Ну, так что же?

— Мечислав просил княгиню, чтоб Роксану от меня укрыла, чтоб не встречались мы с нею. А мне невмоготу… Я… я убью его, как только он вернется.

— Не кричи, а то услышат.