Даниил Галицкий

— Лови его! За крылья! За крылья!

— Быстрее хватай, а то он взлетит, как сорока на дерево.

Услыхав это, Теодосий и Людомир поняли, что погоня за монахом помешает их намерениям. И верно, дозорные, смекнув, что толпа угрожает крепости и может ворваться во двор, тотчас же подняли мост.

Хотя они и знали, что монаха могут схватить разозлившиеся галичане, но оставить неубранным мост, пока монах перебежит через него, было опасно. Монах добежал к берегу в тот момент, когда мост поднялся. Все ближе клокотала разъяренная толпа.

Не раздумывая и не оглядываясь, монах, мелькнув полами сутаны, прыгнул в реку. Со стены ему немедленно спустили веревку, и он, ухватившись за конец, начал взбираться вверх. Ему помогали со стены, несколько человек тянули веревку к себе.

— Лучников давайте сюда! Лучников! — неистово кричали смерды. — Проколоть его стрелой, как жабу!

Услыхав эти выкрики, монах завизжал и, задрав голову, умолял, чтобы его тянули быстрее.

Но лучников поблизости не было, и монах благополучно взобрался на стену.

Когда Теодосий добежал до берега, монах уже скрылся за заборолами.

— Эх, вышло не так, как мы хотели! — выругался Теодосий. — Не так! Нам бы в крепость прорваться…

— Прорвемся! — закричали сзади. — Угров там мало. Поймаем ихнего Коломана да в Днестре утопим!

Но все видели, что прорваться в крепость невозможно.

— Стрелами их! — крикнул в отчаянии Теодосий и погрозил кулаком в сторону крепости.

Вооруженные луками, смерды и ковачи начали располагаться поудобнее: одни становились на колени, другие клали луки на плечи своих товарищей.

Вскоре первые стрелы полетели на стену. Стража спокойно сидела на своих местах за заборолами — стрелы в этих укрытиях были неопасны.

Люди все прибывали и прибывали. Растекаясь во все стороны, они густо покрыли берёг. Если бы они успели захватить ворота, туго бы пришлось чужеземцам. Людомир посмотрел на Теодосия, спрашивая, что делать. Тот в ответ кивнул налево — там Иванко размещал лучников.

— Их там мало, — показал он на крепость. — А пока на подмогу им возвратятся из Теребовли да придут из Перемышля, мы их припугнем.

Толпа восставших все разрасталась. Шли женщины с маленькими детьми, ковыляли старики. Все располагались на берегу и в близлежащих дворах. Можно было подумать, что люди собрались на большой праздник. А это воскресенье и впрямь было светлым праздником. Галичане впервые за многие годы свободно вздохнули. Солнечный июньский день радовал всех.

Из крепости не отвечали. Там было мало войска.