Натан рассказывается про практику, я в основном киваю. Чувствую, как под рёбрами гнездится то ли тревога, то ли тоска. Телефон на коленях в сотый, наверное, раз вспыхивает беззвучным звонком от мамы и гаснет, когда я снова не беру трубку.
Очень хочется, но что я скажу? Ничего.
Нет пути назад, нет. Прости, мама. И я тебя прощаю.
Останавливаемся мы возле небольшого здания в два этажа. Серое, окна плотно закрыты, но за шторами угадывается приглушённый свет.
— Что это? Зачем мы здесь? — поворачиваюсь к Натану.
— Сейчас узнаешь, — он улыбается, но меня почему-то бросает в холод.
— Пошли, Мадина.
Глава 25. Зачем мы здесь
Я не хочу идти туда.
Не понимаю, почему, но все внутри протестует.
Вроде, ничего страшного, и я все же с Натаном, чего бояться?
А боюсь.
До мурашек боюсь!
Снова вспыхивает экран телефона, на нем появляется фото мамы. И я испытываю дикое желание ответить. Просто услышать ее голос. И, наверно, если бы можно было при помощи звонка переместиться в пространстве, то я бы это сделала!
Нажала бы на зеленую кнопку и оказалась рядом с мамой!
Пусть бы она меня ругала, пусть!
Но я была бы с ней, в безопасности, в охраняющей близости ее рук.
Натан перехватывает мой взгляд, хмурится… И неожиданно быстро и ловко забирает у меня из рук телефон!
Дергаюсь к нему непонимающе, но Натан говорит спокойно:
— Давай я пока у себя подержу. А то ты переживаешь очень сильно.
И просто отключает телефон, прячет себе в карман!
— Натан! — я торможу, вернее, пытаюсь, потому что он меня тянет за собой, неумолимо, словно на буксире.
— Подожди, Натан! Отдай телефон! Что происходит, вообще?
— Да, блин! — Закатывает он глаза, а после ускоряется, нетерпеливо дергая меня за руку так, что становится больно.
— Натан! Подожди! — Я повышаю голос, пытаюсь вырвать руку, оглядываюсь. Но никого вокруг! Никого!
И дом этот, жуткий какой-то!
Мне настолько страшно становится, что уже без разницы на разум, на мое доверие к Натану, доводы рассудка, убеждающие, что все в порядке, что надо верить, что он же меня любит…
Мне больно от жестких пальцев, капканом сомкнувшихся на запястье, и сердце замирает от ужаса.
Натан ничего не говорит больше, просто подтаскивает меня к крыльцу, звонит.
И, когда открывается дверь, просто вталкивает меня вперед так, что я чуть ли не падаю.
Прямо в руки мужчины, стоящего на пороге.
Он придерживает меня, да грубо так! Больно!
Слепая от ужаса, я пытаюсь вырваться, отступить обратно к двери, оборачиваюсь на Натана, молча закрывшего замок.
